Враг всего сущего

Но согласится ли она? Кто знает, какие чувства эльфийка испытывает ко  мне? Сам я боюсь спрашивать и предпочитаю молчать. Так у меня есть хоть какая-то  надежда.

Кэб остановился в двух шагах от парадного входа, украшенного  разноцветными гирляндами и шарами. Несколько масляных фонарей, освещавших  площадку для парковки, создавали иллюзию карнавальной ночи.

– Приехали, сэр, – прохрипел кэбмен.

– Спасибо, – ответил я. – Сколько с нас?

Кэбмен назвал цену (вот мерзавец, пользуется тем, что клиент не  хочет уронить себя в глазах дамы), я вышел из кабины, огляделся по сторонам,  вдохнул беспечный воздух светской жизни и вытащил из кармана мелочь:

– Сдачи не надо! – Затем помог Лиринне спуститься на  землю.

Кэб сразу укатил в темноту, а мы подошли к входу, где стоял  швейцар. Выглядел он внушительно – этакая глыба, способная растереть в порошок  любого, кто осмелится проскользнуть, минуя контроль.

– Добрый вечер! – поприветствовал он.

– Могу  увидеть ваш членский билет?

Я показал карточку, которую дал Гвенни. Швейцар поднес ее  поближе к близоруким глазам, убедился, что не поддельная, и отдал со  словами:

– Все в порядке. А дама?

– Дама со мной, – ответил я.

Швейцар вздохнул и посмотрел с неодобрением. Насколько я знаю  толк в заведениях подобного рода, обеспечение дамским эскортом – одна из их  специализаций, и гостя, пришедшего со своей спутницей, тут не особенно жалуют:  клуб теряет дополнительные барыши.

Наконец, не найдя предлога, чтобы придраться  и отказать в праве доступа в святая-святых «Серпентария», швейцар произнес с  неподдельной грустью:

– Проходите, пожалуйста. Приятного времяпрепровождения.

– Спасибо, – кивнул я и вошел во чрево ночного  клуба.

Думаю, при свете дня «Серпентарий» производит не столь яркое  впечатление, но в освещении обильного числа люстр со свечами и канделябров  заведение выглядит просто шикарным.

Повсюду настелены ковровые дорожки, стены  задрапированы тяжелыми и роскошными шторами преимущественно зеленого цвета.  Очень много ниш, в них стоят мраморные статуи и бьют небольшие фонтанчики. От  обилия позолоты на ручках дверей и поручнях лестниц слепит глаза. Повсюду снуют  предупредительные и улыбающиеся слуги в ливреях, готовые выполнить любую блажь и  прихоть гостя.