Враг всего сущего

Лиринна – сама мисс  Очарование, в бархатном платье с волнующими разрезами, облегающем прекрасную  фигуру; с драгоценностями в ушах и на шее; и в туфельках-шпильках на  красивых длинных ногах. Мы оглядели друг друга и улыбнулись. И не важно, что мой  наряд позаимствован из гардероба приятеля, чей офис находится за стенкой, а  драгоценности Лиринны на самом деле принадлежат старику-ювелиру. Главное, что  здесь и сейчас мы словно окунулись в волшебный мир сказки, в котором каждый из  нас – особа королевской крови.

Принц и прекрасная принцесса! Герой и героиня!  Красавица и чудовище, ой, то есть красавица и красавец.

– Пойдем? – предложил я, и Лиринна тут же откликнулась  с радостным предвкушением:

– Пойдем.

Мы торжественно продефилировали по коридору. Жаль, что сейчас он  пустовал, даже Марсен умчался по делам. Лишь привратник, тот малый, на которого  я точил зуб с того момента, как он «забыл» предупредить, что Карлик Джо и его  громилы пасутся возле офиса, разинул рот от удивления, и я его простил, хотя  недавно собирался по меньшей мере расквасить ему физиономию.

Чувствуя вину,  привратник сбегал и вызвал кэб.

Мы помчались в сторону ночного клуба «Серпентарий». Я приобнял  Лиринну за талию, она покосилась, но ничего не сказала, лишь чуточку  отодвинулась. Потом кэб подпрыгнул на булыжнике, выбитом из развороченной  мостовой, кабину качнуло вправо, и Лиринна оказалась почти впритык.

Дальше я ее  уже не отпускал до конца пути.

По дороге в голову как всегда стали приходить разные мысли. Одна  меня удивила. Теперь, после того как мэрия расторгла мой предыдущий неудачный  брак, я превратился в холостяка, не связанного никакими узами. Вот она, свобода!  Никто не встречает на пороге с недовольным ворчанием, не заставляет совершать  идиотские поступки и давать обещания, которые невозможно выполнить.

Живи и  радуйся! Но почему хочется совершенно иного? Почему, вдыхая лесной запах,  пропитавший волосы Лиринны, я снова думаю о семье? О настоящей семье, где каждая  мелочь проникнута любовью, заботой и добротой. О детях, жаль, что я до сей поры,  не узнал радости отцовства. О доме. Да, в который раз мысли возвращаются к дому,  и я, кажется, буду не против, если в один прекрасный день Лиринна станет его  хозяйкой.