Радужный кот

– Не заходи, слышишь?! Ты всех погубишь!

Варвара остановилась. На лице её были ужас и смятение. О, если бы она только могла помочь мужу! Если бы только могла…

Семён, рыча сквозь зубы, схватился за пику левой рукой, пытаясь остановить её смертоносное движение. И вдруг его рука вспыхнула, так же как тогда перед проходом – ослепительно ярко и радужно. Тень зашипела, рванула назад, но Коготков удержал её и тут же саблей перерубил пику пополам. С усилием выдернул из собственной груди и, перехватив, как дротик, с силой метнул в мастера над тенями.

Пика пронеслась через зал кривой чёрной линией и вонзилась Глебу в живот. Тот вскрикнул, и тотчас все тени, атаковавшие Семёна, рухнули на пол, разлетелись призрачными лоскутами темноты.

– Ах ты, сволочь! – крикнул Гневко и, схватив свой страшный топор обеими руками, точно бык попёр на Семёна.

Как тень за отцом проскользнула Светуля, в её тонкой руке был зажат кинжал. И если Гневко шёл на своего врага уверенно и бесстрашно, то его дочь стала обходить Коготкова со спины.

– Здесь ты умрёшь, – прохрипел рогатый принц.

Семён не ответил. Он атаковал, решительно и быстро. Но Гневко отразил удар и древком топора достал Коготкова в скулу. В голове у патрульного зазвенело, но он устоял на ногах. Отступил на шаг. В следующий миг над ним взметнулся топор. Семён ушёл в сторону, попытался рубануть иномирского принца саблей – безуспешно. Атаковал снова – снова ничего не вышло.

А Гневко, между тем, стал понемногу отступать, оттягивая патрульного на себя и давая возможность дочери зайти ему в спину.

Но и Семён не бездействовал. Он знал, что как бы там ни было, а сабля быстрей топора, и поэтому, не раздумывая, пошёл в новую атаку. Гневко парировал несколько ударов, но натиск патрульного всё нарастал, и тогда рогатый принц испугался. Попятился. Оступился. Взмахнул руками, чтобы не упасть. Семён вскинул саблю для решающего удара, но вдруг чёрная тень метнулась ему под руку, и вместо Гневко он разрубил её.

Оглянулся на Глеба – тот вставал, от раны на животе не осталось и следа, глаза его вновь сверкали чернотой.

Повинуясь его воле, к патрульному снова устремились тени. Коготков уложил одну, вторую. Третья кинулась на него.

В этот момент Варвара вскрикнула – за спиной у Семёна, зажатый в тонкой Светулиной руке, блеснул кинжал. Но Васька успел вперёд – маленькой радужной молнией он пронёсся по залу и, прыгнув, вцепился Светуле в волосы. Та завопила. Семён, не останавливаясь ни на секунду, ударил на звук.