Эр-Три

Там очень опасно? - не сдавался гость. - Может, есть какой-то способ?

В ответ я постучал указательным когтем по стеклу. Стекло, ожидаемо, не отозвалось почти никак.

- Слышите, какой странный звук? - спросил я тем не менее.

- Конечно, слышу! - уверенным голосом ответил высокий собеседник. - Это же это, как его...

- Свинцовое стекло, товарищ первый секретарь, - как бы разрешил я сомнения гостя. - Вы правильно определили, именно оно. Практически, прозрачный металл. Толщина – пять сантиметров. Вы же понимаете, оно тут не просто так!

Товарищ Шабаев немного отстранился от окна, посмотрев на преграду с явственным уважением.

Было видно, что попасть на ту сторону ему как-то резко расхотелось. Все бы закончилось хорошо, если бы постановка не превратилась в стихийную самодеятельность: завидев в окне высокое начальство, два эрзац-актера решили торжественно прокатить мимо огромную бочку, усеянную конденсаторами, изоляторами и даже опасно мигающими светодиодами.

Бочка была чистым реквизитом, собрали ее, под громкий гогот и советы непричастных, за какие-то тридцать минут, но сделали это очень качественно: видимо, советские инженеры овладели высоким искусством честного обмана начальства ничуть не хуже своих капиталистических коллег.

И ладно бы, это была просто бочка. Нет, выяснилось, что пролетевший над Проектом дух художественной самодеятельности задел крылом не только актеров, но и художника по реквизиту: на ближний, заметный, борт бочки, некий шутник аккуратно, про трафарету и ярко-желтой краской, нанес полуметровый почти клевер – знак радиационной опасности.

Товарищ Шабаев, уже разворачивающий свое компетентное мнение для присутствующей в смотровой комнате прессы, вдруг осекся и подобрался. Воздетая рука его пальцем своим указала на злосчастную динамически-скульптурную группу.

- А не взорвется? - хотя первый секретарь высказался, конечно, куда экспрессивнее и значительно более непечатно.

- Не должно, - задумчиво ответил я.

В общем, участие в проекте инженеров ЛИИС немедленно оказалось страшно востребованным.

Выяснилось, что товарищ первый секретарь в бытность свою абитуриентом трижды – один раз до службы в армии, и дважды после – пытался поступить именно в этот Лениградский институт, все три раза неудачно. Что закончил он, в итоге, Высшую Школу Рыболовецкой Промышленности, но невероятный пиетет по отношению к, с его слов, лучшим технарям Союза, сохранил.