Студент пяти миров

Она чуть развернулась к остальным детям: «Здесь только половина, но все – первенцы! Первая ученица, первая приёмная дочь, первая крестница и первая воспитанница ковена… И ты тоже в каком-то смысле первая», — фея подмигнула Кате Романовой, которой на днях исполнилось два года.

— Что осталось? — спросила тем временем Анна Алексеевна. — Только картошку почистить?

— Аня, ну дай я! — обиженно заупрямилась Злата. — Хоть это сделаю, а то ведь так ничего и не умею.

— Лучше вместе, — подошла Инесса.

— Я тоже хочу! — влезла Лань, которая, конечно же, вертелась на кухне, не пожелав тихо играть в комнате с Олей и Динарой.

— Да, почисть одну, только сядь за стол, — Эвелина, закончившая резать салат, помыла небольшую картофелину и вручила её девочке. — Смотри, как правильно, — она взяла руку Лани с маленьким ножом в свою.

— А Лара придёт на крестины? — поинтересовалась через несколько минут «йа блондинко», с довольным видом рассматривая небольшой обрезок, оставшийся от картофелины.

— Обещала, что будет, я её приглашала, — отозвалась Злата, которая тоже честно пыхтела над картошкой, стоя у раковины вместе с Инессой. — Ой, это в комнате что-то упало?

— Вилка, наверное, — рассмеялась Ната. — Девочки помогают Даше на стол накрывать.

— Я тоже хочу! — Лань вскочила и умчалась в комнату.

«Вот оно, моё служение!» — подумала фея. — «Кому-то, конечно, все эти хлопоты – не более чем «суета бабских сует», как Лара выражается, и на самом деле так оно и есть – для неё.

[1] М. Булгаков, «Собачье сердце».

[2] М. Митчелл, «Унесённые ветром».

[3] 1 Ин. 4:20.

[4] 7 ноября перестало быть праздничным днём в России с 2005 года.

[5] Дж. Оруэлл, «1984».

Глава 4. Один час больших секунд

21 ноября – 29 декабря 2010

Но Сталин услышал, что плыть мне невмочь,Что буря меня окружает и ночь,И выслал за мною в ночной океанВесёлую птицу – большой гидроплан.

Л. Квитко[1]

Климат в Унрении был по большей части умеренным, но гораздо теплее московского, и листопадные деревья в конце ноября – сезоны на Маалисе практически совпадали с земными – весело полыхали разноцветной листвой, только-только готовясь сбрасывать её. Сад, окружавший дом ковена в Фассане, тоже мягко светился последними цветами, и радовался, казалось, и сам дом, принимая гостей.