Покров-4. Ключ

Отец застыл с кружкой у рта. Василиса только вяло помычала. Ей вообще стало всё равно, что там происходит с этими ведьмами. Главное, чтобы в её жизни их больше не было.

– Говорят, в коме ей мерещилось, что она работала санитаркой не то в какой-то психушке, не то в интернате, – продолжала рассказывать мама.

Отец сделал вид, что ищет очередную детальку пазла. Василиса вздохнула. Хоть какая-то польза от этой Зои. Пусть и призрачная.

– Зря ты всё-таки к ним не вышла, – пробормотала мама.

Ножницы смачно щёлкнули прямо у уха, так что Василиса автоматически дёрнулась.

– Сиди тихо.

Василиса села прямо и замерла. Отец, глянув на неё, повёл бровями. Пусть Фаврелия одумалась и бесконечно благодарила, пусть Зоя плакала и просила прощения, пусть даже бабка ходила к ним каждый день. Василиса всё равно больше не желала ни с кем из них общаться. Ни в какой форме.

Единственной, кого впустила Василиса в дом, была Лета.

Лета принесла пирожных из «Подсолнуха», которые для Василисы теперь были на вкус как песок.

– Не обижайся, но ты сама виновата, – пожала плечами Лета, выслушав рассказ.

– Я и не спорю, – вяло произнесла Василиса, глядя в окно.

– Ты слишком совестливая. Надо было просто отказаться, и всё. Пора научиться говорить «нет». И не винить себя за это. В конце концов, ты человек. И у тебя есть право посылать подальше тех, кто садится тебе на голову.

– Ты права, – проговорила Василиса, подперев рукой подбородок. – Но теперь-то какая разница.

– Да ладно тебе, – не слишком уверенно сказала Лета. – Жизнь-то не заканчивается. Подумаешь, с парнями ничего не получится. На них свет клином не это… как там. Неважно, в общем. Есть много разных других интересных вещей.

– Каких? – вздохнула Василиса.

– Ты куда документы отправила?

– Не помню.

– Ну и ладно. Тебя, наверное, много куда примут. Выбери что-нибудь получше да поезжай.

Разговор с Летой, увы, не помог разогнать тоску. Молодость и студенчество – самое прекрасное время в жизни человека. Которое Василиса проведёт в полном одиночестве. Она уже точно решила уехать из Покрова и перестать грузить родителей своими проблемами.

Только вот уезжать совсем не хотелось. Василиса вдруг осознала, что ничего так не желала, как остаться здесь.