Странные человечки. Страннейшие

Сталин даже мог сам делать мелкий ремонт, и производить замену расходных материалов, благо в наследство от Яши осталась лаборатория с множеством материалов и запасных деталей. Однако, время идёт, и скоро может потребоваться капитальный ремонт. А кому, как не ребятам, сумевшим создать нечто близкое по уровню творению Розенштока, этим заниматься?

Однако, надо сохранить тайну. Никто не должен знать, что от Вождя остался лишь мозг, втиснутый в, пусть совершенную, но машину. Эти учёные должны исчезнуть для мира, для родных и близких, для всех, кроме него – Электросталина.

Их надо поставить на тонкую, как лезвие бритвы, грань между жизнью и смертью, и оставить надолго в таком положении. Они должны будут до конца своего существования понимать, что нити их судеб в буквальном смысле стиснуты в его стальных пальцах, обтянутых каучуковой кожей. И он знает, как это сделать.

Иосиф Виссарионович подошёл к столу, и достал из верхнего ящика наган, верно служивший ему со времён, когда он промышлял «эксами» в пользу партии.

Шаг, другой… Смешно. Этот болванчик продолжает «думать» меряя шагами пространство кабинета.

― Прости, Сосо. Ты мне нравишься, но Сталин должен быть только один, ― Иосиф выстрелил в грудь двойника, потом ещё и ещё. Он разрядил весь барабан в металлическую куклу. Мутными фонтанчиками брызгало масло, а из пробитой груди доносилось громкое тарахтение – похоже, одна из пуль пробила выпускной коллектор дизельного генератора.

В кабинет, высадив дверь, ввалились встревоженные охранники. Сталин, указывая дымящимся стволом нагана в сторону испорченного выстрелами двойника, закричал:

― Он пытался меня убить. Это заговор учёных-террористов. Машина была запрограммирована на убийство.

В кабинет втащили бледного и упирающегося парня в костюме – того, что сопровождал двойников, и демонстрировал их Вождю. Под строгим взглядом Сталина он побелел ещё больше, и принялся, задыхаясь, лопотать:

― Я не знал, клянусь.

Я не виноват. Я же коммунист, я в НКВД с тридцать девятого года, я не способен. Я за вас жизнь отдать готов, товарищ Сталин.

― «Я, я, я». Хватит. Найди этих заговорщиков, и приведи ко мне, но приведи живыми и здоровыми. Хотя… можешь попугать немного, но немного – так, чтоб не сдохли по дороге, и-н-те-лли-генты, ― голос вождя быстро обрёл прежнюю твёрдость.

― Слушаюсь, товарищ Сталин, ― НКВДшник бросился вон из кабинета.