Город Мертвых Талантов

Будто я должна что-то вспомнить. Это не дежавю, я уверена, что мы никогда раньше не встречались. Я бы его запомнила. Именно — что-то вспомнить. Это ужасно утомительно.

Но зато сегодня я видела такое, чего никогда не смогу забыть. Я и представить себе не могла, что на простой пан флейте можно так играть! И надо было их видеть. У Саввы было такое лицо — словами не описать. Обычно он хмурится или равнодушен ко всему. А в тот момент у него на лице отразилось просто нечеловеческое счастье. И в то же время — невозможность этого счастья.

Глупо звучит. Но это было именно так. А Цинцинолла… Я теперь понимаю, почему люди сходят с ума, если встречают музу.

Я только не понимаю, почему этого не происходит со мной. Может быть я тоже драгоценная? Но это значит — моя мама муза. А я точно знаю, что это не так.. Получается, что я, хоть и человек, но… тоже не совсем человек?

Ладно, какой смысл об этом размышлять!

P.S. Я так и не смогла помочь Эоле, и от этого на душе скребут кошки. Но я не могу себя заставить что-то написать.

Дневник — это совсем другое, а то, что посоветовала мне Молчун… Мне ужасно стыдно, но я боюсь. Конечно, я все рассказала и Кларе и Бэлле. Но Бэлла сердится на Эолу, говорит, что ничем уже не может ей помочь. Но по-моему, она ее просто жалеет, и других муз тоже, и страдает от того, что бессильна что-то сделать. А Клара до смерти боится башни. Она ускользает под любым предлогом, чуть только я завожу разговор об Эоле.

И я ума не приложу, как мне выполнить мое легкомысленное обещание.

Про сад я забыла написать. В нем повсюду таинственные уголки. Жуки-фонарщики и ароматы. Скамейки, калитки и развалины. Я не разобралась пока, как и куда в этом саду перемещаться. В нем можно по-настоящему заблудиться. Я хотела там сегодня погулять, но Бэлла сказала, что одной мне нельзя отходить далеко от дома. Но я успела кое-что заметить — В глубине сада, за густыми зарослями жасмина, я обнаружила высокую каменную стену, увитую розами и невероятной красоты кованую калитку.

Но именно туда-то мне и запретили входить! Бэлла буквально оттащила меня оттуда и была очень сердитой. Вот ведь подлость!

У меня постоянное чувство, что за мной кто-то наблюдает. Где бы я ни была. В доме. В саду. Вот я сижу сейчас на своей верхотуре, пишу, никого не трогаю. Посмотрела в окно — а там кто-то стоит и, задрав голову, смотрит в мое окно! Мне не показалось, я уверена! Это был кто-то живой. Ни Бэлла, ни Клара, ни кто-то из драгоценных — я бы их узнала.