Дело о стаях

А сказать можно что угодно».

Слава только кивнул, согласившись. Сказать действительно можно что угодно, как очернив, так и обелив человека.

... — Богдан? Сабина говорила, что ему шестнадцать. Как он только в твой список попал?

Слава лишь пожимает плечами. Он и сам задаётся тем же вопросом, а потом вспоминает собственное неуёмное любопытство, первую встречу с Сабиной и приходит к выводу, что Богдан мог попасть в него случайно, просто оказавшись не в том месте и не в то время.

— А что ещё о нём можешь сказать?

— Говорят, что он ребёнок Германа и что тот пытается слепить из мальчишки своё подобие.

Но, как я уже говорил, это просто слухи.

— Просто слухи, — повторяет Слава задумчиво и тут же переключается. — А что ты можешь сказать про самого Германа?

— Не так уж и много, на самом деле. Опытный охотник. Пересекались пару раз в своё время. Жёсткий, самоуверенный, но обаятельный. Зарине он понравился. Общие интересы творят чудеса. Думаю, если бы она не была уже замужем за мной, то попытала бы счастье с ним.

Слава вопросительно выгибает бровь и Руслан поясняет:

— Оборотни. Антипатия, граничащая с ненавистью. Понятия не имею, какой он сейчас. Давно не пересекались...

«Антипатия, граничащая с ненавистью...»

Слава чувствует, что нашёл то, что искал, осталось только одно — добраться до них.

«Если не позвонит Леонид, придётся искать другие пути».

— И о чём это ты думаешь с таким хмурым лицом?

Сабина появляется неожиданно. Входит в выделенную ему комнату, тихо прикрывая за собой дверь плечом и неся в руках пластиковую коробку.

Босая, с забранными в высокий хвост волосами и в домашней одежде ничуть не срывающей ни вьющуюся по левому предплечью татуировку, ни полученные на охоте порезы на ногах.

— Сядь нормально и сними толстовку.

— С каких пор ты заделалась медсестрой? — смеётся Слава, когда Сабина открывает оказавшуюся аптечкой коробку.

— Для тебя, всё что угодно, — с милой улыбкой отзывается Сабина, вызывая у Славы ещё один смешок. — Снимай толстовку, кому говорю.

— Слушаюсь и повинуюсь. Сама-то как?

Снимая толстовку, он кивает на длинные полоски пластыря, что сразу же бросаются в глаза, стоит только опустить взгляд на ноги: белые мазки по смуглой коже. Короткие шорты не скрывают ни одной раны.

— Ноги заклеивать и самой удобно. Повернись боком и не дёргайся. Так о чём ты так усиленно тут думал?

Тёплые пальцы мягко касаются кожи, сначала осторожно снимая повязку, затем обрабатывая рану.