Великий и Ужасный-2

Не нужно было быть провидцем, чтобы понять сразу: он всё знал и ничего не мог сделать. Если бы мог - он бы в силах тяжких уже рубился с налетчиками, а над Маяком кружили бы конвертопланы со спецназом. Ан нет - стоит тут, зубами скрипит, а за его спиной вверенный ему район драконят и мордуют.

- Макнули вас в дерьмо, господин вахмистр? - участливо произнес я. - Высокая политика? Никакие это не ссыльные, да?

Я, Хуеморген, Щербатый и неформальный лидер сталкерско-мародерской вольницы Евгеньич вышли к нему навстречу.

- Отойдем? - полицейский посмотрел на нас едва ли не умоляюще.

Народ за столиками шушукался, допивал и доедал, проверял оружие - все понимали, что скоро мы начнем. Но что именно начинать - это должно было проясниться прямо сейчас. Заведя нас за угол, Перепелка сказал:

- Тупо рейдерский захват, мужики. Мне прямой приказ из муниципалитета пришел - сидеть и не рыпаться. И Воронцов прикрыть не может. Это клиентела...

- ... Ермоловых, - закончил за него я. - У меня есть свидетель, может подтвердить использование темной магии в Хтони НЕ против чудищ.

- Я ничего не могу сделать. Даже видео под протокол записать. Мне все полицейские системы отрубили, я теперь инвалид с культей, врубаетесь? - Перепелка со злостью стукнул себя по висящей плетью хромированной руке.

Вот, япона мать, почему тут так относятся к киборгам! Кто-то где-то нажал на кнопочку, и привет - вместо грозного бойца и машины для убийства - старый больной человек, да еще и тяжеленными железяками обвешанный. Капец, какая засада! Попал наш храбрый страж порядка в говно, капитально.

- Дай нам негаторы, - предложил Евгеньич. - Их-то не заблокируют.

Он недавно стал захаживать в "Орду", с тех пор, как мы шаурму начали продавать. Команда Евгеньича из десяти человек никогда не возвращалась из рейдов пустыми, в контейнерах у этих матерых охотников всегда было полно ингредиентов. На мародерку они практически не разменивались - разве что ювелирный магазин попадется или что-то высокотехнологичное. Веселый, языкастый, подвижный, с порывистыми жестами рук и живой мимикой, этот бродяга всегда был душой компании, и, кажется, всегда знал - что надо делать.

- У меня пять штук в машине, - кивнул вахмистр. - Если надерете Ермоловским жопу - разрешу оставить себе на три... На пять дней.

- Идёт! - оскалился Евгеньич. - Достойная оплата.

- Ордынским не надо, - прищурился я. - Мы справимся.