Великий и Ужасный-2

Мероприятие им было хорошо знакомое, разве что вместо хтонических чудищ противниками выступали ермоловские темные паскуды.

- Держи негатор, - протянул ему золотой шарик я, и подумал, что с дурной привычкой размышлять вслух нужно было завязывать как можно скорее.

- Спасибо, пригодится. Второй шарик угробил? Эх, Перепелка разозлится... А что с теми четверыми мразями делать будем? Ну, если они действительно сдадутся? - мужчина смотрел на меня испытующе.

- Сделаю каждому татуировку члена на лбу и отпущу обратно к их ублюдочным хозяевам, чтобы и пердануть в сторону Маяка боялись, - категорично заявил я.

- Хо-хо! - Щербатый тоже был уже тут, в окружении своих зеленокожих прихлебателей. - Мне нравится!

- Но это объявление войны, - резонно заметил рассудительный Евгеньич. А потом запустил пятерню в свою густую шевелюру и задумчиво проговорил: - Но они первые начали, верно?

- Мы сдаемся! Но нас семеро! - снова закричали из глубины заводских помещений.

- Децимация, значит? - сталкер пожал плечами. - Ну, пусть будет децимация. Первых четверых пакуем, остальных я пристрелю. А! Еще одного нужно Вере Павловне оставить.

- А можно... - Щербатый кровожадно переглянулся со своими снага.

- Можно, - сказал Евгеньич. - После того, что они тут сотворили - можно.

И мне как-то не хотелось с ним спорить.

***

Глава 6. Инструктор по фитнесу

Сан-Себастьянский полицмейстер полчаса материл Перепелку последними словами, а потом сорвал с него погоны и отобрал полицейский значок.

Киборг стоял как оплеванный, но кибернетический монокль старого вояки яростно сверкал, говоря о тяжелой внутренней борьбе, которая происходила в душе вахмистра, а еще - о том, что его аугментированные органы теперь работают.

- ...шомполами запорю! - закончил полицмейстер, и его брыли прекратили трястись. - До конца жизни расплачиваться будешь у меня!

Вообще, глава местных стражей порядка оказался на редкость неприятным типом: толстый, краснорожий, пуговицы мундира едва-едва держались на объемном пузе, штаны с лампасами, казалось, порвутся на массивной заднице.

Бакенбарды у полицмейстера были потные, а фуражка напоминала авианосец - огромная, с охренительным трамплином. Я чувствовал: еще немного, и Перепелка его убьет.