Дневной дозор

Да что со мной!

Какой еще треугольник? Ну даже если Игорь окажется неинициированным Иным! Он хвост подожмет, и вспоминать забудет, что имел романчик с подругой Завулона!

И я забуду!

Время тянулось невыносимо медленно. Стрелки на часах ползли раздумчиво, неторопливо, будто не уверенные в ходе времени. Я хотела выждать полчаса, но сдалась через двадцать минут. Держаться больше нету сил...

Я встала, и тихонько прошла в спальню девочек.

Здесь царила тишина. Хорошая, спокойная тишина большой детской спальни, в которой остались какие-то звуки – дыхание, сопение, сонное чмоканье.

– Девочки! – тихонько позвала я.

Ответа нет.

Я двинулась вдоль ряда кроватей, легонько касаясь плеч, рук, волос... Пусто... пусто... пусто...

Есть.

Это была Олечка.

Я присела у ее кровати, опустила ладони на мокрый от пота лоб. И услышала ее сон – струящуюся Силу...

Сон был бессвязный, сумбурный, ничего общего не имеющий с моей вечерней сказкой. Олечке снилось, что она поднимается на вершину башни – старой, покосившейся башни, с полуразрушенными каменными перилами, в которых зияют огромные провалы.

Внизу, под башней, раскинулся не то средневековый город, не то какой-то старинный монастырь. И странное дело, хотя башня была в полумраке, внизу, под ней, сияло солнце. И среди обветшалых домов бродили люди – веселые, радостные, в летней одежде, с фотоаппаратами и цветными журналами в руках. Им было хорошо, весело, они и помыслить не могли поднять глаза к небу – и увидеть маленькую девочку, что, будто завороженная, идет к провалу в перилах. ..

Надо было еще немного потянуть. Дождаться, когда Олечка упадет вниз – она обязана была упасть, сон вел ее именно к этому. Я сама не поняла, что со мной случилось, но я напряглась – и всосала ее сон. Подчистую.

И темную башню над веселой толпой, и зияющие провалы в перилах, и холодное равнодушие, и манящую высоту. Все, что могло дать мне Силу.

Олечка на миг задержала дыхание. Я даже испугалась, что она впадет в кому – это случается, хоть и очень редко, с людьми у которых забираешь Силу слишком резко.

Но она вновь задышала.

Я поднялась с колен. Меня саму пробила испарина. Я ощущала, как в провал, возникший на месте привычной Силы, упал сгусток энергии. Нет, он еще далеко не заполнен... и я поторопилась... зачем-то...

Но я выздоравливаю.

Снова – тихие касания, мягкие волосы, открытые во сне губы, расслабленные пальцы...

Пусто... пусто... есть.

Это была Наташа.

И ее сон был инициирован мной.

Наташа стояла в ванной комнате.