Ложь богов

Малия высвободилась из объятий Селесты и вытерла мокрые от слез щеки:

– Святая Богиня, у нас тут раз в столетие случается что-то захватывающее, а я умудряюсь выглядеть как ощипанная курица.

Малия слабо улыбнулась, и Селеста ответила подруге улыбкой. Казалось, надежда, что и Малия вновь станет прежней, все же была. Это была хорошая новость. Улыбка означала надежду.

– Ты затмеваешь всех остальных даже в образе ощипанной курицы. – Селеста заправила Малии за ухо прядь темных волос. Локоны Дочери Моря были немного спутаны, но это нисколько не умаляло красоты Малии.

– Воистину. Однако Нат все же думает иначе. – Малия подмигнула, и Селеста залилась румянцем. Это зрелище заставило Дочь Моря рассмеяться. – Ой, да ладно. Мне-то ты можешь рассказать. Не понимаю, зачем нам вообще продолжать всю эту чепуху. Он ведь уже давно все решил. – Малия пренебрежительно махнула рукой, но Селеста не ощущала подобной беззаботности. Слова Малии не принесли Дочери Неба облегчения, потому что она не разделяла уверенности своей подруги.

Просто не могла. Потому что, что бы ни говорила Малия, правда заключалась в том, что у Натаниэля еще оставалось время для того, чтобы принять окончательное решение. До апреля будущего года. А сейчас был только август. За такой период могло произойти многое.

Рядом с принцем Селеста чувствовала себя довольной и счастливой, но кто сказал, что так будет всегда? Если за последние несколько недель она о чем-то и узнала, так это о том, что в любой момент все может измениться.

Ничто в жизни не было определенным и предсказуемым, а такой вещи, как гарантия, не существовало и вовсе.

– Путешествие еще не окончено, – с нескрываемым пессимизмом в голосе произнесла Селеста.

Разговор девушек был прерван, когда во двор замка въехал простой дилижанс. Вся свита дворца, казалось, затаила дыхание. Все присутствующие, сгорая от любопытства, уставились на экипаж. Люди шептались и переговаривались, не в силах дождаться, когда слуги откроют двери кареты.

Когда наконец это произошло, из экипажа вышла женщина в черном одеянии.

Ее темная кожа почти не выделялась на фоне цвета платья, а капюшон скрывал большую часть темных волос, сплетенных во множество тонких кос. Но самым поразительным в незнакомке был рисунок на ее лице. Красная полоса тянулась поперек лба и до кончика носа, а виски украшали два белых полумесяца. Черные глаза женщины изучали толпу, и Селеста почувствовала, как по ее спине пробежала ледяная дрожь.