Ложь богов

– А детали скульптур вы видели? – Глаза Яниса, камердинера Натаниэля, сияли, когда он рассматривал каменных морских коньков у входа. Душа Малии наполнилась счастьем. Жрице было приятно, что гости ценят ее дом так же, как и она.

– Подождите, вы увидите, как много еще здесь интересного! – Малия уже с нетерпением ждала возможности показать друзьям свои любимые места в Сирене. Она проводила гостей в комнаты, прежде чем снова предстать перед матерью.

Выйдя из коридора, где располагались комнаты гостей, Малия столкнулась со служанкой, которая вручила ей конверт кремового цвета.

– Это было оставлено для вас, жрица.

Молодая женщина присела перед Малией в реверансе, а затем ушла. Жрица рассматривала конверт, на котором не было ничего, кроме ее имени, написанного простым, несколько неразборчивым и незнакомым почерком. Она уже собиралась вскрыть конверт, когда позади нее кто-то тихо кашлянул.

Лорелея, с холодной улыбкой на губах, ждала дочь в коридоре, ведущем в собственные покои жрицы.

– На пару слов, дочка.

Малия сглотнула, и ее сердце на мгновение остановилось. Как и тогда, когда она была маленькой. Ничего не страшило ее больше, чем разочарованный взгляд матери и резкие слова, что следовали за ним. С годами этот страх не становился меньше.

Малия последовала за матерью обратно в главный зал. Жрица мимоходом незаметно сунула письмо в карман своих широких шелковых брюк. Видимо, Лорелея не собиралась вести этот разговор за закрытыми дверями.

Резкий голос матери заставил Малию вздрогнуть:

– Почему ты не писала мне? Ты должна была отчитаться передо мной.

Малия опустила взгляд в пол. Перед своей матерью она никогда не умела оставаться той сильной жрицей, какой была во всем остальном. В присутствии Лорелеи она снова становилась маленькой девочкой, которая все делала неправильно.

– Много чего случилось, мама. Я не хотела, чтобы какая-то информация попала в чужие руки.

Малия оправдывалась перед матерью, но пока не была готова сообщить ей, что потерпела неудачу.

По всем фронтам. Лорелея неодобрительно взглянула на дочь, а потом кивнула. Малия с трудом сдержала вздох. Она была безмерно рада, что мать не стала расспрашивать дальше.

– И как продвигаются дела? – Лорелее не нужно было пояснять свой вопрос. Малия и так знала, что имела в виду ее мать. Ведь у нее, в конце концов, было лишь одно задание.

– Я сделала все возможное.