Кофе в постель, моя ведьма?

Стася бережно перенесла чихуахуа в свою комнату, уложила рядом с собой на кровать и погладила.

– Спи спокойно, – шепнула она, прижимаясь к Максу. – Завтра попробуем найти твоего хозяина.

Пес расслабился и засопел ровнее. У Стаси потеплело на душе, все невзгоды показались не такими уж значительными. Какой же Макс очаровательный! Потискать бы его, но жалко тревожить. Вот бы никогда с ним не расставаться. Стася вздохнула, еще раз погладила чихуахуа и крепко уснула.

***

Утром Максим проснулся от ощущения невыносимой жары.

В паху все ныло от жесткого стояка. Аромат клубники со сливками дурманил голову, хотелось подмять под себя податливое женское тело, устроиться между широко разведенных бедер и сбросить напряжение.

Максим потянулся, открыл глаза и чуть не кончил от открывшегося ему зрелища. Стася лежала рядом с ним в зеленоватой кружевной сорочке на тонких бретельках. Ее рыжие волнистые волосы разметались по кровати. Белая кожа точно сияла в свете солнечных лучей, проникавших в комнату сквозь шторы. Глубокий вырез оголял внушительную грудь чуть ли не полностью.

Размер третий, а то и весь четвертый. Стася могла бы соперничать с девушками из известного мужского журнала, который Максим любил листать время от времени.

Она пробормотала что-то неразборчивое и повернулась набок. Сорочка сползла, обнажив розовый сосок с узким ореолом вокруг. У Максима все поплыло перед глазами, желание стало нестерпимым. Он придвинулся ближе и принялся лизать Стасину грудь. Сладкий вкус нежной кожи наполнил рот, сосок затвердел, и Максим застонал, но из горла вырвался лишь сиплый рык.

– Макс, хватит хулиганить, – пробурчала Стася. Она повернулась на другой бок, натянула одеяло на голову и продолжила спать как ни в чем не бывало.

От досады, злости и разочарования Максиму стало тошно. Если бы он был мужчиной, то Стася сейчас бы совсем иначе себя вела. Она бы умирала от желания в его объятиях, а потом… потом Максим показал бы ей, на что способен.

Стояк никуда не делся и напомнил о себе острой болью. Максим покрутился и так, и эдак.

Ничего не помогало. Вот же чертово собачье тело! И как несчастные псы справляются с такими трудностями?

Максиму стало совсем невмоготу, и он понесся на кухню. Плевать на все! Он взлетел на диван, нашел первую попавшуюся подушку и с остервенением принялся ее терзать. В голове образовалась пустота, ощущения сосредоточились в одной точке, и долгожданная разрядка показалась истинным блаженством.

Максим рухнул на диван и, тяжело дыша, прикрыл глаза.