Тайны старой аптеки

Хелен убирается здесь, как и в остальных комнатах, так что ни пыли, ни пауков, ни клопов здесь нет. Видите зеленый порошок на полу? Это гремлинский яд – человеку отравиться им будет сложно, но, если вы хотите избежать чесотки…

Джеймс покивал. Он сразу же понял, почему здесь все усыпано ядом от гремлинов – в комнате повсюду стояли, лежали и висели на стенах различные механизмы – настоящая вкуснотища для этих мелких прожорливых вредителей. Механизмы были такими ржавыми, словно долгое время прозябали под дождем…

Комната не выглядела уютной – хотя чего еще ожидать от места, в котором давно не живут.

Зеленоватую обойную ткань покрывал узор из ночных мотыльков, тут и там она отходила от стены, ковер казался настолько ветхим, что на него было страшно наступать – того и гляди рассыпется, громоздкая мебель темного дерева будто отрастала от стен, а кровать у окна… Глянув на нее, Джеймс сглотнул вставший в горле ком. У этой кровати были вовсе не ножки, а самые настоящие ноги – механические и похожие на паучьи. Прилечь или хотя бы присесть на нее желания не возникало, хотя с единственным стулом здесь все обстояло еще хуже – у него тоже были «паучьи» ноги, но, помимо этого, из разорванной обивки на сиденье торчали выбившиеся пружины.

Осматривая комнату, Джеймс вдруг отметил, что в ней кто-то есть. В углу, у большого гардероба, стояла высокая человеческая фигура, накрытая драным полотнищем. Фигура не шевелилась – в дырах проглядывали механические руки и фрагменты латунной головы. Погашенная лампа-глаз словно из-за ширмы подсматривала за новым постояльцем.

– Не беспокойтесь, – сказал Лемюэль, проследив за его взглядом, – этот механоид не работает. Отец так и не доделал его.

– Дядюшка рассказывал мне о Лазарусе Лемоне. Ваш отец был изобретателем?

Лемюэль кивнул. На его лице появились следы застарелой печали.

– Отец был помешан на механизмах. Он считал, что автоматон справится с работой лучше, чем живой аптекарь.

– Я слышал, что он… – неловко потупившись, сказал Джеймс, – и сам был… ну, вы понимаете… Он заменил почти все части своего тела механическими и…

– Я ведь сказал, что он был помешан на механизмах, – резко ответил Лемюэль.

Было видно, что разговор об отце не доставляет ему удовольствия. – Лазарус Лемони хотел превратить аптеку в лавку по продаже механических протезов и говорил, что от них намного больше пользы, чем от человеческих конечностей.

Он кивнул на стоявшие у стены ящики, из которых торчали латунные руки и ноги.