Тайны старой аптеки

Впрочем, и помимо монстра, в лаборатории хватало жути – ее сердцем была громадная чугунная печь, к которой вели изломанные ржавые трубы, у заслонки лежала груда костей – хотелось думать, что не человеческих. Помимо этого, вдоль стен выстроились большие цилиндрические аквариумы, наполненные густой зеленой жижей. В чудовищном смешении труб примостился шкаф с табличкой: «Недуги»; его полки были заставлены толстыми книгами в стеклянных футлярах.

«Прописи прадедушки?! Это они?!»

Больше всего на свете Джеймс хотел сейчас изучить этот шкаф, но понимал, что вряд ли ему кто-то бы это позволил.

Хороший сын бродил среди столов, перерывая то, что на них лежало, и вздымая в воздух тучи пыли.

– Где же оно? – бормотал он. – Куда ты его спрятал?

Джеймс усмехнулся: Темный Попутчик аптекаря так и не понял, что его провели, и что никакого лекарства нет и в помине.

Руки Джеймса что-то коснулось – он скосил глаза – на его пальцах сидела длинная уродливая сороконожка. Он вскрикнул и тряхнул рукой, сбрасывая ее.

Хороший сын обернулся, его лицо исказилось в звериной гримасе ярости.

– Гадкий проныра! – рявкнул он и, высоко подняв лампу, двинулся к Джеймсу. – Следишь за мной?!

Вот и настал тот момент, которого Джеймс боялся больше всего. Он вдруг почувствовал, что не справится. На что рассчитывал Лемюэль? Что все пройдет гладко? Что теперь Джеймс – какой-то опытный победитель злодеев? Нет, сейчас он ощущал, что весь план рухнул в одночасье – его заметили! Подкрасться не удалось…

– Не подходите! – воскликнул Джеймс.

– Конечно, знаешь. Я Лемюэль Лемони.

– Нет, вы – Хороший сын.

Хороший сын остановился и расхохотался. Эхо от его смеха прошло по подземелью гулким рокотом.

– Какое глупое прозвище!

Смех стих, а эхо все еще звучало под низкими сводами.

– Где лекарство? – спросил Хороший сын. – Говори!

– Какое лекарство?

– Что он задумал? Я обыскал всю лабораторию. Ничто не указывает на то, что здесь готовили лекарство.

– Я вас не понимаю. Я просто не мог заснуть, спустился в аптеку за снотворным и увидел потайной ход.

– Ты лжешь, – прошипел Хороший сын. – Я знаю, что он тебе все рассказал. Ты должен был спуститься сюда и достать лекарство, когда оно будет готово, если он вдруг сам скоропостижно захлебнется кровью.

Джеймс сжал кулаки и бросил с вызовом:

– Я знаю, что вы пытались сделать с Лемюэлем!

– Он убил отца. Все эти годы я терпел этого неудачника и надеялся вернуть отца.