Тайны старой аптеки

Шел он из-за двери комнаты мадам Клопп и заполонил собой все кругом, словно теща аптекаря, сугубо из зловредности, храпела в большой медный рупор.

Джеймс обернулся и бросил взгляд в темноту лестницы. Снизу по-прежнему доносилась перебранка Лемюэля и Грызлобича…

«Что ж, им сейчас явно не до меня», – подумал Джеймс и, с тоской глянув на дверь кладовки (есть и правда хотелось), шмыгнул к двери комнаты Лемюэля.

«Только бы было незаперто!»

Повернув ручку, он открыл дверь – видимо, кузен не думал, что к нему кто-то может забраться, – и быстро вошел в комнату, огляделся…

Место это подходило Лемюэлю, как закладка книге.

Книге про очень грустную, безысходную жизнь… Во всем здесь явственно ощущалась тоска: в обтянутых коричневым вельветом стенах, в которых проглядывали дыры, оставленные молью, в кровати, которая больше походила на больничную койку, в обветшалой обивке одинокого стула под цвет такого же обветшалого ковра, в пустом камине, на полке которого стояла лишь одна-единственная рамка – вместо фотокарточки в ней под стеклом хранились круглая белая пилюля и клочок бумаги с надписью: «Самая горькая пилюля в аптеке». Даже окно выглядело не как обычное окно, через которое в комнату проникает свет и из которого открывается какой-нибудь вид, а как неплохой вариант, чтобы из него выйти.

Угол рядом с кроватью был огорожен складной деревянной ширмой – за ней разместились небольшая медная ванна и шкафчик с полотенцами, коробками мыла и жестянками с зубным порошком; там же на стене висело мутное овальное зеркало.

Помимо прочего, в комнате были: гардероб, комод, бюро и то, что заинтересовало Джеймса особо – книжный шкаф, заставленный так называемыми «аптекарскими прописями», сборниками с описанием лекарств и перечнями ингредиентов для них.

Джеймс бросился к шкафу и пробежал взглядом по истертым замусоленным корешкам. На каждом стояло тиснение в виде фигурной буквы «Л». Номера томов отсутствовали, но порядок все же угадывался: книги были расставлены от самого старого к более новым – очевидно, их вели несколько поколений аптекарей.

– Ты должна быть где-то здесь… я знаю…

Вытащив наугад один из томов, Джеймс открыл его, пролистал: рецепты пилюль от мигрени, мазей от зуда и волдырей, различных сиропов…

Не то!

В другой «прописи» было то же самое: бесконечные рецепты лекарств, аккуратно выведенные кем-то из предков Лемюэля.

Захлопнув книгу, Джеймс поставил ее обратно.

«Нет, он бы не стал хранить это здесь. Слишком ценная книга, чтобы ставить ее вместе со всеми.