Испод. Монстр в Париже

— Почему слышимый звук стал на нашей стороне выдавать другую частоту? Ткань не дает такого эффекта, мы проверили на обратных принципах. Бун брал с собой ручной источник инфразвука, но здесь было тихо, — подала голос Лулу. Сыщик снова потер бочину, пытаясь примерно прикинуть сколько же он проспал.

— Я, конечно, не физик, но есть предположение что низкочастотный шум издавали деревья. У них такие тоненькие, стеклянные листья, еще при первом посещении обратил внимание как они вибрируют. Визуально, разумеется. Мой мегакостюм не предполагал тактильность, — отчитался детектив, не заметив как вызывающе глянул на него мсье Лурье, готовый грудью стоять за свою инженерскую честь.

— А если бы вас накрыло криком в двести децибел? Сумасшедшие! — показательно отругал их Фабьен, всплеснув рукой. — Ладно, голуслахи с вами, но впредь обходитесь без самодеятельности. На чем я остановился? — шеф поводил взглядом и замер на сжавшейся в комочек фигуре Буна. — Господин Хейг, как вы себя чувствуете?

— Когда вы так на меня смотрите, будто в пасть тигру заглядываю, — честно признался пилигрим и громко сглотнул.

— Рад что вы снова можете внятно отвечать на вопросы, — совсем по-чеширски улыбнулся француз. — Тем же днем господин Хейг с моей подачи отправился на разведку в испод и был найден туристами уже поздним вечером на площади Дофина в бессознательном состоянии с парой легких ушибов и синяков. Ни бригада неотложной помощи, ни штатные врачи клинической больницы, куда его доставили, ни доблестный мистер Рю не смогли достоверно определить специфику его состояния, потому.

— Секундочку, — тут же вмешался Бао Кан, продолжая беззастенчиво придерживать спиной дверь изолятора и краем глаза следить за откровенно нервничающим Буном. — Насколько мне не изменяет память, я указал на возможность летаргического сна.

— Вот именно что «указали на возможность», — передразнил шеф. — Точных причин, по которым Бун Хейг пролежал на этой кушетке восемь дней, сохранив все признаки жизнедеятельности, но не реагируя на внешние раздражители, установлено не было.

— Ничего, — не поднимая головы, буркнул англичанин и поближе прижал коленки. Врач и сыщик переглянулись и одновременно кивнули друг другу, видимо, заключив договор о молчании. Ни к чему трепать нервы и без того перепуганному коллеге.