Испод. Монстр в Париже

— Не все, — без особого энтузиазма возразил Ян, по-прежнему чувствующий себя обманутым, но от этого не растерявший патологическую любовь к протокольной достоверности, — Там не могло быть слона, черной дыры, третьей руки и еще более квинтиллиона существующих и вымышленных вещей. Вы на меня наговариваете.

— Кажется, вы только что огрызнулись, — как бы между прочим заметил Нуаре де Поль, пряча замешательство в привычной кривой ухмылке. И, не давая детективу продлить дискуссию ни на полслова, быстро протараторил, — Таким образом, мы с вами уразумели принцип существования предметов вне зависимости от однобоких суждений.

— Философия, — уныло протянул сыщик, окончательно убедившись, что заказчик не собирается раскрывать ему секреты вселенского масштаба и, скорее всего, просто в очередной раз дурачится.

— У всего мира есть изнаночная сторона, — огорошил его Фабьен, впрочем, не стремясь произвести впечатление, слишком уж мечтательным был тон, — Многослойная, настолько толстая, что никак не измерить.

Вот вы сидите здесь, а ваша изнанка сейчас покоряет глубины космоса, или ест зеленый пудинг с помощью туфли. Может быть даже стрижется налысо и водит крутой спорткар, обожая сбивать зазевавшихся на пешеходном переходе старушек. Или...

— Хватит, — остановил его разбушевавшуюся фантазию Зяблицев, — Если вы и в самом деле планируете убедить меня в существовании параллельных миров путем сочинения альтернативных историй моей жизни, или даже постройкой абсурдного лифта и точной копии помещений вашего бессмысленного агентства, я возвращаюсь в Москву.

Прямо сейчас. Аванс придет международным переводом на ваш счет.

— А вот это было обидно, — совсем по-детски надулся француз. — Ну какие, к девяти голуслахам, параллельные миры? Это подкладка! — потряс он полой пиджака перед самым носом сыщика, который уже направлялся в сторону двери, да так и замер посреди комнаты. Нащупал за пазухой тоненькую дощечку и, пристально глядя в лицо мсье Нуаре де Поля, вытащил ее наружу.

Однако вещица не произнесла ни слова и сразу рассыпалась крупными хлопьями, попутно испачкав москвичу руки.

— Забавно. Учитывая как вы отчитали меня за хранение фантиков. Зачем вы носите с собой пепел, Ян Николаевич? Я не собираюсь попрекать вас, просто любопытно. Вот я, например, таскаю эти обертки, потому что они сами меня об этом попросили. Как распищались «Хотим увидеть мир!», а я — обычный сентиментальный дурак. Кстати, с тех пор не ем конфеты.