Институт. Часть 4. Прыжок веры

Только постарайся больше ни во что не влипнуть, ладно?

Эва беспомощно развела руками.

— Я стараюсь, честно. Но ты же знаешь, как это бывает.

* * *

Следующая неделя не принесла ничего нового. Эва с горем пополам справлялась с домашними заданиями, мёрзла по ночам под тоненьким пледом, с удовлетворением наблюдала, как выцветают синяки, и была очень вежлива с Ярви.

К субботе её лицо было уже не пугающе-малиновым, а сизо-жёлтым, весь пластырь с него исчез, открывая царапины (которые благополучно заживали и Эву не беспокоили) и шрам на виске (который её немного печалил).

После занятий она собиралась в Городок.

— С Вишенкой. Кататься, — объяснила она ревниво хмурящемуся Ярви.

Но Лансу, остановившись у окна в коридоре второго этажа, она рассказала правду.

Отреагировал он именно так, как она и опасалась.

— Это может быть очень опасно.

— Ты прям как Ярви, — сказала Эва с укором, но Ланс не отступил.

— Ты его не знаешь, и он ненормальный. Мало ли, взбредёт ему в голову что-нибудь…

— Он меня спас, ясно? — отрезала Эва, которой хватало предостережений внутреннего голоса.

— Он ко мне пальцем не притронулся, он вообще к себе никого не подпускает, он как… как щенок! И у него нет одежды нормальной. Да скоро будет все минус двадцать!

Ланс нахмурился. Эва ожидала ещё потока возражений, но он сказал как о решённом деле:

— Я пойду с тобой.

Эва опешила.

— Нет! А Крамер?

Он опустил голову и приложил палец к заиндевевшему уголку окна.

— Я ему больше не нужен. Теперь, когда Райт у него.

— Райт ни за что не согласится на него снова работать.

— Знаю. Я тоже… Да им теперь на меня плевать.

Он выглядел таким сломленным, что Эва не решилась спорить.

— Он тебя всё равно к себе не подпустит. Мы его только напугаем, если явимся вдвоём.

— В Городок я пойду с тобой.

— Ладно, — сдалась Эва с тщательно скрываемым облегчением.

Что бы она ни говорила Ярви и другим, в Городке ей делалось неуютно даже на главной улице, а уж в квартале Лудильщиков в каждой тёмной фигуре, идущей навстречу, ей чудился Этан, и в ушах у неё звучало: «Ой-ой, кажется, кто-то попался».

Она подозревала, что у Ланса есть свои призраки в переулках, и поэтому его готовность помочь ценила втройне.

— Тогда собирайся, а я подъеду ко крыльцу.

Вечер был морозный, но безветренный, и на лужайке у крыльца кучка ребят носилась туда-сюда наперегонки с Лаки и швыряла ему палку.