Шварцвальд. Чем дальше в лес

Конечно, капитан говорил, что у него отняли возраст, но знать об этом и видеть воочию – огромная разница.

– В любом случае нужно изловить их, – продолжал капитан. – Лучше выманить к берегу. Если им по вкусу красивые мужчины…

– Нашла! – перебила Аделина. Глаза ее загорелись, щеки разрумянились. – Есть заклинание против водяного. Нёк, нёк, иглу уволок, ты в воде, я на суше. Нёк, нёк, иглу уволок, я в воде, ты на суше.

– Детская считалочка, что ли? – спросил Леит, ковыряя мизинцем в зубах.

– Похоже на то, но если заговорить стальную иглу и взять ее с собой в озеро, водяной выйдет на сушу, – сказала эшенфрау, расхаживая по кабинету.

– Отлично, едем, пока еще кого-нибудь не утопили, – произнес капитан. Он достал из кармана пузырек и накапал содержимое в кофе. После первого глотка на лице проступили морщины.

– Говорил же, зелье, – Кригер ответил на вопросительный взгляд. – Надо стареть, а то не похож на фото в корочках. Но постараемся, конечно, обойтись без шума. Леит отнесет иглу в монастырь, а мы…

– Леит?! – возмутился шелки.

– Я умалишенный, что ли? – он вскочил, оттолкнув стул. – Нет уж, с меня хватит, мне моя жизнь дорога, – шагнул к выходу. – Спасибо, конечно, за исцеление, – обернулся и отвесил шутовской поклон Аделине, – но разбирайтесь сами!

Леит пулей вылетел из кабинета и чуть не зашиб ундину, которая стояла в дверях. Она прошла к столу и показала Кригеру телефон, а после нехотя развернула к Йофриду:

(Я могу помочь с Муммельзее)

Капитан кивнул. Они собрались на озеро, и уже в вестибюле их нагнал Юрг.

– Я с вами, – заявил блондин.

– Не нужно, – возразил Кригер. – Двадцать лет без тебя справлялись и сейчас справимся. Побудь с семьей.

Он мягко похлопал подростка по плечу и вышел на улицу.

†

Ночь пролилась в Муммельзее, и эту чашу звездного неба пригубила пасть гостиничных огней. Кригер кропил берег святой водой, за которой они заехали по пути. Незнакомый пастор сонно вынес им пятилитровую канистру из-под минералки. Нда, тринадцать лет назад святую воду подавали подобающе – только в стеклянной таре и с серебренным крестом внутри.

Лехослав боялся ее как огня, да и келпи, признаться, неохотно к ней прикасался. Но Кригеру сейчас ничего не мешало расплескивать святую воду и проливать на себя. Йофрид прокладывал ему путь, заговаривая иглу. Он с первого раза запомнил текст, как всегда, внимательный к деталям, хотя Аделина переписала заговор и навязчиво сунула ему в карман.

Ундина отстала. По загривку прошелся холодок.