Ангелы, кошки, чудеса

Даже наполеон испекла.

Отбросив груз неприятных воспоминаний, неоправданных ожиданий, обид и ссор, она ощущала себя перышком и была абсолютно счастлива. Родительская квартира ее будто обнимала, а Йоля не давала почувствовать себя одинокой.

А тут вдруг накануне сочельника она вспомнила — ей богу, точно нашептал кто на ушко или кошка намурлыкала — эту детскую легенду. Через призму лет она казалась смешной, и даже Вика, ребенок, верящий в чудеса, просто улыбнулась ностальгическим воспоминаниям. Волшебный вагончик, который ездит ночью по улицам? Забавно! Это было лишним поводом подумать о хорошем и отогнать подальше не самые приятные три года жизни с человеком, которого хотелось начисто стереть из сознания.

— Вот приедет ночью волшебник, а мне и угостить его нечем! — смеясь, обратилась она к Йоле. — Испеку-ка я пряники...

— Мур, — согласилась кошка, чинно сидя в дверях кухни.

Но с пряниками не заладилось — у нее не оказалось ни муки, ни яиц. Глядя на свет, как в баночке тянется золотой патокой мед, ее вдруг озарило:

— О, почему бы и да! Давненько же я ее делала.

Вика налила в кастрюльку мед и поставил на конфорку. Готовила она это не просто давно, а в бытность еще студенткой первого курса, когда хотелось как-то разнообразить праздники, и они с друзьями выпендривались в готовке. Тогда она вычитала скандинавский рецепт темной йольской нуги и просто загорелась.

Вышло, правда, весьма сомнительно во вкусовом плане — слишком липкая, каменная, а хвоя застревала в зубах.

Сейчас рука Вики была тверда и уверена, словно ее направлял сам йольский кот в лице (или морде) Йоли — к слову, в честь него и названной. Женщина добавила в растопленный мед орехи, специи, мелко порубленную ароматную хвою и залила в формочку. Вся кухня пропахла сосной и особенным духом праздника.

Можно будет жевать 31-го, словно ей снова пять, ждать прихода Деда Мороза и засыпать с ожиданием чуда...

Звеньк-звеньк.

Вика проснулась и сонно прижала к себе теплую Йолю. Та замурлыкала сквозь сон.

Звеньк-звеньк.

Йоля мяукнула и тоже проснулась. Открыла один глаз — кошки так умели, находиться сразу в двух мирах. Обе подняли головы. Из окна лилась разбавленная серебром синь. Сосна дышала хвоей и морозом.

— Это он? — выдохнула Вика, глядя в лунные глаза Йоли.