Ангелы, кошки, чудеса

Теперь она направлялась в Место По Ту Сторону Водосточного Тоннеля. Мама-кошка в далеком детстве рассказывала: «Помни, моя девочка, однажды тебе придется покинуть этот мир. Но ты — кошка, а не какая-то там собака или мышь, и тебе необязательно гнить на помойке. Ты кошка, моя маленькая! А значит, сможешь отправиться в Место По Ту Сторону Водосточного Тоннеля».

«А что там такое, мамочка?» — пищала белоснежная кроха, тогда еще безымянная.

«Там тебя встретит Мама Кошек, — важно сказала мама, лизнув ее между ушек.

— Она нальет тебе сливок и даст рыбного паштета. Ты будешь резвиться на зеленой травке, ловить бабочек и не знать больше никаких тревог и бед».

«А что такое рыбный паштет, мамочка?» — недоумевала кроха.

Мама лизала ей щечки и грудку. По правде говоря, она и сама этого не знала, но ее собственная мама рассказывала именно так, и сомневаться в ее словах не имело смысла.

Поэтому и Бусинка без тени сомнения нырнула в темный желоб водосточного тоннеля. Это было не самое приятное местечко — сплошь сырость, мрак хоть глаз выколи, а еще тут отвратно воняло крысами и помоями.

Шлепая нежными лапками по ледяной грязи, кошка шла вперед и вперед, согреваемая и подгоняемая своей верой. Ей не было страшно, только немного неспокойно на душе — она все еще не могла отбросить свои воспоминания и чувства, пока впереди не забрезжила светлая точка.

Кошка ускорилась, лапы набирали силу, а тело казалось непривычно легким и молодым. Бусинка запрыгнула в пятно света и приземлилась на нежную зеленую травку.

Замерла, оглушенная стрекотом кузнечиков и щебетом птиц. Зрачки ее расширились от обилия красок и света. Приоткрыв ротик, она глубоко дышала, пробуя языком сладкий, пропитанный ароматами природы воздух.

— Бусинка, вот и ты!

По траве к ней шла девушка с волнистыми русыми волосами, в которых запутались цветы и листики, в одном только платье и без обуви. У нее была смуглая, привыкшая к солнцу кожа и лукавые кошачьи глаза. Незнакомка присела напротив кошки и протянула ей руку.

Бусинка осторожно ее обнюхала и только потом позволила себя погладить. От прикосновения Мамы Кошек в горле ее включился моторчик, а глаза зажмурились.

— Ты прожила славную жизнь и хорошо потрудилась, — приговаривала Мама Кошек, гладя Бусинку по мордочке, — теперь ты наконец дома. Отдыхай.

— Мяу, — нежным голоском ответила кошка.

Это место — мама-кошка не соврала — было действительно чудесным! С ее белой шерсти срывались и таяли последние снежинки.