Ангелы, кошки, чудеса

Она устала, листовок осталось совсем немного, и Нина искала местечко, где можно было бы посидеть и отдохнуть. Ноги уже гудели от каблуков, а руки и нос были ледяными. Еще немного — и она просто околеет! День выдался не самый холодный, но к ночи температура стремительно падала.

— Можно присесть?

Нина бросила ненавидящий взгляд на парня. Она сидела на оградке карусели, обняв себя за плечи, и в данный момент люто ненавидела весь мир. Ей хотелось просто побыть вдали от огней, музыки, всей этой праздничной суматохи и толпы людей, которым, в общем-то, было на нее плевать — в тишине и блаженном одиночестве, вот и все.

Разные ей выдавались подработки, но эта оказалась особенно выматывающей — зато прибыльной.

Не дождавшись разрешения, парень растерянно потоптался на месте и все же сел на небольшом расстоянии от Нины. Девушка не понимала — ему места мало или что? Да в парке была уйма лавочек, беседок, в конце концов, таких же оградок на аттракционах — так на кой он подсел именно к ней?! Подкатывает? Так ей до этого нет дела.

Ее в жизни волновала только работа. И умрет она тоже, наверное, зарабатывая деньги.

— Холодно, — парень выдохнул морозное голубое облачко. Он смотрел в небо, проглядывающее клоками синего бархата между черными шевелюрами кленов. — Звезды любят холод.

— Что? — невольно вырвалось у Нины. Девушка скептически изогнула брови. Так к ней еще не подкатывали, однозначно.

— Да вот, подумалось просто, — незнакомец повернулся к ней и улыбнулся — темнота скрадывала черты лица, видны были только выразительные скулы, острый нос и темные волосы, которые в свете фонаря проблескивали серебром.

— Когда морозно, небо чистое и звезды хорошо видны. А с высоты, наоборот, отлично виден город.

— А ты видел город с высоты? — Нина усмехнулась и покачала головой — шизик, все ясно.

Ободренный, что она с ним заговорила, парень подъехал по оградке ближе, сияюще улыбаясь. Нина про себя отметила, что он был, в общем-то, ничего такой — похож на принца, с аристократическими чертами лица, слегка раскосыми наивными глазами и тонкими, полумесяцем улыбающимися губами.

Взгляд у него был немного потерянный, словно парень витал в своих мыслях — такой бывает у беспросветных романтиков.

По красной бархатной шубке с белым мехом и висящей на резиночке бороде девушка безошибочно определила коллегу. Дед Мороз, значит.

— А ты бы хотела посмотреть?

— На что? — протянула Нина с вызовом. — На город с высоты? Уж прости, но нет, мне своих забот хватает.