Мерзость, уничтожить!

Одета эта дама была в брючный плавные изгибы ее тела, цвет – брусничный с искрой – совсем как у Фагота в «Мастере и Маргарите» Булгакова.

Обе дамы повернулись на звук, и теперь, не скрывая любопытства, разглядывали незнакомку. Зинаида проговорила весело:

– Девочки, это Алёна.

Дама постарше мгновенно вскочила (на ней действительно была надета длинная юбка в пол) и засуетилась:

– Как же так, Зиночка, могла бы хоть предупредить. Девочку же надо чем-нибудь вкусненьким угостить, чай заварить, стол накрыть.

Вторая дама бросила на вошедшую вслед за Зиной Алёны ледяной высокомерный взгляд, а потом вдруг широко, искренне улыбнулась:

– Ох, Алёнушка, хорошо, что ты приехала. Садись сюда, к столу. Хочешь чаю? На кухне недавно Соня свежий заварила, вкусный, с травками, если желаешь, принесу.

Алёна, ошеломленная подобным приемом, осторожно присела на мягкий стул с удобной спинкой:

– Да нет, мы сюда прямо из кафе приехали.

– Ну, как хочешь.

Зинаида пристально посмотрела на невозмутимо сидящую темноволосую красавицу, и, наконец, представила ее гостье:

– Алёна, это Лиля. А Сонечка убежала хлопотать по хозяйству. Она обожает заботиться о других, но у нее, бедняжки, никого из близких, увы, не осталось. Только мы.

Лиля изящно повернула голову, чтобы пристально взглянуть на Зинаиду:

– Кстати, о нас. Ты уже рассказала девочке о ковене?

Зинаида отрицательно мотнула головой:

– Не до того было.

Чтобы рассказать о злоключениях Алёны, у нее не ушло много времени. Лиля слушала, кажется, отстраненно, а вот вернувшаяся в комнату Сонечка – затаив дыхание. Зинаида закончила рассказ, и Лиля проговорила вроде бы равнодушным тоном:

– Ты, Алёнушка, вот что… Переезжай из съемной квартиры, незачем деньги тратить. Поживешь здесь. Ты не думай, дом крепкий, теплый. И все удобства имеются. А что до работы… Ты в каких отношениях с компьютером? Текст напечатать сумеешь?

Алёна ошарашенно кивнула.

– Тогда знаешь что… Я все равно собиралась подыскивать себе помощника… Может быть, ты согласишься набирать мои тексты? Почерк у меня, правда, не очень, но я могу диктовать…

Зинаида ехидно сообщила Алёне:

– Лиля у нас творческая особа, и втайне считает, что в компьютере нет души. Поэтому пишет ручкой в многочисленных блокнотах.