Ошибка Выжившего

Сука.

— Свободны.

Мой шепот прозвучал удивительно холодно и злобно. Пространство задрожало, стены засмеялись. Обе твари мгновенно разбежались, Шеди вернулся в тень, наивно полагая, что там сможет укрыться от моих дружбанов, когда Редди уполз под кровать. Тут спорить не буду — если кто сущностям из океана и сможет противостоять, так это либо Мистер Стивенсон, либо подкроватные монстры.

Нечестные приёмы.

Я поднялся, направившись из комнаты на первый этаж. Мои родители ужинали в гостиной, смотря вместе какой-то ситком.

Сегодня отец вернулся немного пораньше. В экране над глупыми персонажами, скованными собственными ролями, смеялся закадровый голос, что удивительно точно передавало мою ситуацию.

— Выглядишь хмурым, бандит, — обратил на меня внимание Джим. — Что-то случилось?

Я покачал головой.

— Я чувствую себя идиотом, пап.

Джим неожиданно засмеялся, вызвав хмурый взгляд у маман.

— Кто бы мог подумать, что наш идеально учащийся бандит придёт к такому. Возраст, Феликс, — со знанием дела сказал Джим.

— С годами это пройдёт.

— Время уже позднее, — тут же подметила Молли, прищурившись. — Тебе завтра в школу, молодой человек.

Джим неопределённо хмыкнул.

— Давай к нам, бандит. Ты этого скорее всего уже не вспомнишь, но раньше мы часто так ночами сидели.

— Бог мой, прошу тебя, не вспоминай, — аж дёрнулась Молли.

Можно не упоминать библейского бога и его прихвостней, пожалуйста?

Отец чуть не закашлялся, явно соглашаясь с мнением своей блондинистой ненаглядной.

Я на какое-то время задумался, уставившись на родителей. Затем — на телевизор с ситкомом.

Молча подошёл к Джиму и Молли, умостившись между ними на уже старый диван. Джим потрепал меня по голове.

— Захочешь спать — скажи, сделаем потише. Если у тебя возникнут какие-то проблемы — ты всегда можешь попросить нас о помощи, Феликс.

Я удивительно беззлобно ухмыльнулся.

Придётся временно отложить этот вопрос. По словам Чарльза, завтра как раз должен приехать профессор со своей техникой, будем разбираться.

Глядишь и вместе найдём суть проблемы. Неприятно осознавать себя настолько беззащитным. Понимать, что мне, скорее всего, что-то промыло мозги. Уверен, я этого даже заметить не должен был, и лишь моя ненормальность меня спасла. Спасла, но не полностью.

Сука.

— Обязательно, пап.

Уснули мы вместе под насквозь фальшивый закадровый смех. Сказал бы я, что этот приём давно устарел, но…

Пока ещё нет.