Ошибка Выжившего

— Имею ли я честь, Мистер Фишер? — спросил новый пришелец, уродливо подавленный страхом.

Это был его первый день в моей компании, и он еще не освоился после встречи со Злым цветком. Его совсем не смущал пол жертвы, он думал о другом. На его лице читалась неуверенность, а в его голосе ощущался ужас за будущее.

Да, просраться я ему дал знатно. Ещё бы с Мистером Стивенсон бы поговорил, для профилактики, конечно же. Я, правда, предпочту в этот момент находиться где-то на расстоянии луча смерти.

— Ставя мои слова под сомнение, ты ставишь под сомнение своё существование, — мягко сообщил слуге я, закурив в своём временном убежище фальшивую сигару.

— Будь полезен для меня, и за это ты будешь получать, кроме возможности продолжать существование, награду.

В комнате, окутанной плотной атмосферой мистики, я взглянул на удивлённого Редди. На его противоестественном насмешливом лице промелькнул оттенок скепсиса — знак того, что он, возможно, понимал, насколько я порочен и коварен в своих словах.

Мои глаза какое-то время ещё были направлены на Мистера Смита, пытающегося выбраться из потусторонней хватки, что я наложил на него.

Я видел десятки эмоций на его лице, и все они были безрадостными. Видел сотни и тысячи мыслей, надежду, что умирала прямо на глазах. Молчаливо, словно наблюдая за театром теней, я выдохнул фальшивый дым сигары, и проговорил:

— Наслаждайтесь трапезой.

Вопли чёрно-белого человека, ставшего угощением моим нечеловеческим слугам, глушились в темном зале. На жалкие минуты комната была отрезана от остального мира, никто не узнает правды.

На кресле, где ранее сидел Джон Смит, теперь располагался я. Новый владелец поместья, нарушивший ход судьбы и законы чёрно-белой реальности.

И мне не потребовалось много времени, чтобы принять такую судьбу.

То есть, я просто немного походил по поместью и поговорил с его персоналом. Святая Мария, мне уже плохо…

— Ваш чай, сэр, — сказала служанка, принося чёрный чай.

Её черты лица были идеальны, словно вырезанные влюблённым скульптором.

Длинные чёрные волосы, серовато-чёрное платье, тщательно скомпонованный образ, где каждая деталь подчёркивала её верность и преданность. Она была идеальной прислужницей чёрно-белого мира, воплощение стереотипа приспешницы зла.

— Прекрасно, — сказал я, коротко кивнув.

Служанка улыбнулась и совершила изысканный поклон, скрываясь во тьме, словно она была создана для этого. Недопитый горький чай остался на столе, а я встал, глядя сквозь большое окно на чёрно-белый мир.