Будь моим Водителем. Часть 2. Проводи меня на дорогу...

Потому что этот дом – для двоих.

Яр, разумеется, еще спал. И улыбался во сне. Марек отметил про себя, что постель явно надо будет менять – его джинсы были похожи невесть на что, а спать он так в них и завалился. Кстати, о джинсах – с вещами тоже надо что-то думать. Сложение у них, конечно, примерно похожее, но парням случается изрядно раздаваться в плечах и после двадцати, а Яр уже сейчас немного крупнее. И гардероб у Марека не то чтобы обширный, одно дело разово одолжить рубашку, но полный комплект на еще одного обитателя он вряд ли найдет.

«А вот на чердаке – очень может быть». И в этот раз мысль заглянуть в эти пакеты показалась самой естественной на свете. Кому же еще носить эти вещи, как не парню, который настолько похож на юного Птаху – пусть Марек его таким и не застал, но почему-то не сомневался, что Птаха был именно таким. Ну да, многое будет велико, Яр и близко не такой медведь, но что-нибудь накопать на первое время можно. И Марек решительно полез на чердак.

Раскопки затянулись надолго – помимо того, что туда закинул Марек, много вещей лежало еще со времен Птахи.

Что-то послужило мелкому Вадику, что-то, видимо, просто приелось самому Птахе и отправилось на чердак… Марек несколько раз расправил в руках вынутую из очередного пакета футболку и рассмотрел под разными углами, убеждаясь, что глазомер его не обманывает: футболка – и, как оказалось, остальные вещи в этом и еще паре пакетов – была рассчитана на кого-то сильно крупнее мелкого Вадика, но все же меньше Птахи. А точнее, на кого-то примерно Птахиного роста, но более скромных габаритов. Вещи так и остались с бирками.

Марек задумался – а стоит ли это трогать? Но перед глазами снова возник заброшенный яблоневый сад и тихий голос Прокси. Он коснулся серебряного оленя. Память не в этом. Птаха запасал все это не для того, чтобы оно валялось на чердаке. Как еще нормально сохранилось через столько лет… Марек кивнул самому себе: раз сохранилось и дождалось – значит, так тому и быть. И да, этого парнишку он видел один раз, в полубреду, сам едва живой, и не мог бы поручиться, что вообще не придумал его – но младший брат Птахи, чье имя Марек так никогда и не узнал, определенно был выше и крепче мелкого Вадика.

И уж кому, как не Птахе, было понимать, каким он вырастет. Вырос бы.

Марек тряхнул головой и зарылся в пакеты дальше. Да, Птаха подготовил в этом доме все, словно они вдвоем и правда должны были переждать небольшой апокалипсис. Но что случилось тогда в Нижнем городе, то случилось.