Лайон Нейгард и предвыборный заговор

На какое-то мимолётное мгновение, Триандл перестал скрываться за маской величественности и предстал сломленным, потерявшим смысл к существованию. Он точно не был причастен к её смерти.

– Я виноват, - вдруг сказал Триандл. Лайон чуть пустой бокал из рук не выронил. – За пару месяцев до смерти, она заметила тайную полицию у своего дома. После нападения во Фруле, я приставил к ней четверо агентов. Боялся, что какой-нибудь фанатик снова попытается…

Её это так взбесило!.. Она приехала ко мне домой, спросила, доверяю ли я ей.

Ну, да, мы постоянно спорили. Я считал, что на праймериз Эллимайна должна быть жёстче. Когда вскрылась информация о хищениях из бюджета, я настаивал, чтобы она добила Элисона. Но она… Не знаю, наверное, считала, что втаптывать соперника в пыль – слишком низко для эльфов. Слишком… по-человечески.

Лайон молчал. Он понимал, что это не окончание истории.

– Она сказала: «Если увижу твоих ребят возле моего дома, то выйду из гонки». И я поверил ей. Снял охрану. Извинился…

– Вы любили её, - не ожидая от себя, сказал Лайон.

– Мне нравится ваша дерзость, - ответил Триандл треснувшим голосом. – Она позволяет добиваться вам удивительных результатов, мистер Нейгард. Но если вы подумали, что я готов терпеть все ваши выходки?..

– Иннаури Триандл. Я никому не скажу об этом, - заверил Лайон. – Я уважаю право на частную жизнь.

Эльф осушил очередной бокал и настоял, чтобы они, не чокаясь, выпили в память об Эллимайне. Шум в ушах исчез, будто третий бокал снял с Лайона все обязательства, кроме как быть хорошим собеседником.

Или собутыльником. В нынешней ситуации это были равнозначные понятия. Триандл ещё долго рассказывал, как они с Эллимайной планировали переделать Бёрк. Сделать его настоящей жемчужиной восточного побережья. Не только портовым и промышленным центром Вэйринских равнин. И начать они хотели с примирения эльфов и людей. Потому что слишком долго народы противостояли друг другу.

– Вы не думали выставить свою кандидатуру в противовес Элисону? – спросил Лайон.

Триандл долго искал ответ на дне стакана.

Похоже, он был безбожно пьян, хоть и умело скрывал это.

– Я слишком одиозная фигура в городе. Эльфы не поддержат меня, люди тем более. Гномы? – он усмехнулся. – Никто в диаспоре не обладает должным уважением. Август Элисон уже победил.

С этой прискорбной мыслью, Лайон уже собирался уйти, но в самых дверях остановился. Вряд ли он в скором времени увидится с главой эльфийской диаспоры, тем более, в таком разобранном состоянии.