Демоны тоже могут ошибаться

Тот был сонный, взлохмаченный, и такой родной. Михаил подтолкнул ему тарелку с бутербродами, сунул в руку кружку с чаем, и напомнил, что они торопятся.

Пока сын завтракал, Михаил схватил поглаженные с вечера рубашку и брюки, нацепил галстук, и выскочил из дома. Пока он разогревал двигатель своей новенькой ласточки, Сережка наконец-то тоже оделся и спустился. Михаил посмотрел в зеркало заднего вида на сына, и вывел машину со стоянки.

— Ну, как, готов к новому дню, Сереж?

— Да, пап, конечно, только спать хочется сильно.

— А я кому вчера говорил, что пора ложиться? А ты, еще пять минут, еще пять минут, а сам, поди, еще два часа сидел. Будет дураку – наука, ты парень уже взрослый, сегодня промучаешься весь день, вечером вовремя спать ляжешь.

— Ну да, наверное, — промямлил сын и спросил, — А ты как, готов к собеседованию?

— Я всегда ко всему готов! Не получится здесь, так будет что-то другое, хотя я уверен, что все срастется.

Разговор прервал звук сообщения.

Сережа взял телефон отца, открыл мессенджер и нажал кнопку воспроизведения. Михаил услышал какое-то щебетание птиц, а после этого незнакомый женский голос подтвердил встречу, и пожелал ему удачи.

Михаил терпеть не мог голосовые, поэтому, стиснув зубы, пробормотал: «Девушка, а вы знаете, что для любителей голосовых сообщений в аду есть отдельный котел?»

Наши дни. Седьмой – Михаэль.

Высокий и сильный бес с длинными рогами демона прогуливался среди подчиненных, проверяя все ли готово.

Сегодня ожидалось пополнение. Новые души, застрявшие в Чистилище, уже готовы были на любую кару, только чтобы томительное ожидание наконец-то закончилось.

В его настоящем, единственное, что немного расстраивало Седьмого, это старая, и уже почти забытая, история с Ленкой. Он не мог допустить, чтобы она разбила такое хрупкое человеческое сердце, он не мог позволить ей сломать все. Это же надо додуматься, такое даже демону не приходило в голову, познакомиться через соцсети с турком, и мигом забыть и мужа, и сына, и все свои клятвы.

Уже и билеты были куплены, до ее отъезда оставался ровно месяц. Седьмой позволил бы ей просто уехать, если бы не ее планы поговорить, все-таки, с Михаилом. Ей пришлось исчезнуть. Его усилиями, и без желания Михаила. Теперь, на самые нижние круги ада Седьмой спускался только в обход, опасаясь встретить там до боли знакомое лицо.