Чёрный инспектор. Крысы и звёзды

Жители Неба даже не подозревали, как много они не знают о продуктах сельского хозяйства. Впрочем, некоторые продукты выращивались только для их потребления, найти их где-либо, кроме самого верхнего уровня города было почти невозможно. Даже для Гильдии и Шельмеца достать эти лакомства было очень трудно. – Но можешь попробовать.

– Это весьма любопытно и достаточно вкусно. Хотя блюдо простое, оно требует доработки, – удивлённо прокомментировал Элиас. В его голове уже созрел план похода в эту баню вместе с поваром. Тот хоть и был уже немолод, но никогда не отказывался от экспериментов и приготовления новых блюд.

Более того, кулинария была не только его работой, но и увлечением. – Что здесь написано? Не могу разобрать ни слова.

– Это скоропись, – Крайс отвлёкся от своих записей и развернул блокнот к Элиасу. Убористые строчки странных закорючек для него были вполне понятны, но для Благороднорождённого казались чем-то вроде орнамента. – Используется для быстрой записи информации. Один символ может означать слово или понятие.

Её знают почти все жители Дна, а пользуются в основном торговцы и Гильдия.

– И что же здесь зашифровано? – с живейшим интересом принялся рассматривать незнакомую письменность Элиас. Прежде он был уверен, что во всём городе есть только один язык, но потом столкнулся с диалектами. В том, что письменность едина, он тоже не сомневался, и вот теперь инспектор снова смог его удивить.

– Описание внешности человека, купившего у Шельмеца лекарство, – Крайс подчеркнул самые значимые и характерные черты, чтобы потом перечитать ещё раз и запомнить.

– Кусок ткани у тебя?

– Да, у меня, – Элиас замялся, потом всё-таки достал из корзиночки грязный обрывок ткани, подобранный им в шестом доке. – Инспектор Крайс, меня мучает некое противоречие, и я хотел бы разрешить его. Напавший на нас человек был ранен тобой, твоим Даром….

– Нет. Не моим Даром, а осколком рухнувшего здания. – Твёрдо и уверенно ответил Крайс. Он и сам уже думал об этом – его могут обвинить в нападении на Благородного с помощью Дара, а это непростительный проступок.

Свидетель там был только один – Элиас Аштарет, если он промолчит, суда не будет. А Благороднорождённый сам ничего не видел, так что обвинить не сможет. – И я защищал тебя.

– До сих пор не могу поверить в то, что меня пытались убить. И что убить пытался Благородный. Это просто немыслимо, – опустил голову Элиас. Он не винил Крайса в нападении на того человека, но должен был услышать это из его собственных уст.