Чёрный инспектор. Крысы и звёзды

Это место – собрание порока, лжи и грязи, и оно как раз очень подходит обнаглевшей крайсе. – Вы арестованы по обвинению в убийстве шенай Калии Аштарет, покушении на убийство шены Элиаса Аштарет и преступлении против Дара.

– И у тебя даже доказательства есть? – прорвался через завесу поражённого, испуганного молчания насмешливый голос шены Эшбетт.

Крайс сделал шаг вперёд, потом ещё один. Все его инстинкты орали в один голос: «беги!». Сознание предостерегало голосом Кою: «не сдохни!». Но перед ним стоял человек, совершивший самое страшное для Благороднорождённого преступление.

Шена Эшбетт, не молодой, но ещё крепкий мужчина, имел благородные черты лица и волевой взгляд. Его тонкие губы кривились в презрительной усмешке, а поза демонстрировала превосходство. Он казался воплощением элиты Неба, бриллианты и розовый кварц в его серьгах бросали блики на кожу и отражались в глазах его вассалов, смотревших на него преданно и безмолвно.

Но Крайс смотрел не на его лицо, а на его Дар, искажённый, смешанный бело-розовый и серо-зелёный, грязный на стыках.

Шена Эшбетт осмелился сменить Дар, совершить самое гнусное преступление из возможных. И Калиа, не способная не видеть, это заметила. Никто не будет рассматривать Дар без позволения, а раскрыть свой другому человеку – это знак особого доверия. Так ему сказал Элиас, когда они только познакомились. Шена Эшбетт смог бы сохранить свою тайну до того момента, когда Дар не сменился бы полностью, если бы не Калиа. Девушка увидела изменение потому, что не могла не увидеть, и спросила шену Эшбетт. Она вряд ли поняла, что означает разноцветие Дара, но могла рассказать тем, кто понял бы. Для шены Эшбетт это был конец, непрощаемый грех.

– Разумеется. У меня есть доказательства. Пройдите со мной. – Крайс внутренне сжался, шевельнул правым запястьем, проверяя, легко ли выходит нож. Ему хватит сил справиться.

Взгляд упорно смещался с шены Эшбетт на стоявшего рядом молодого мужчину. Внимание Крайса особенно привлекли его глаза – холодные, пустые, безжалостные.

Он множество раз видел подобные, но не на Верхнем уровне. Для таких глаз у людей здесь была слишком мягкая кожа.

– И не подумаю, – презрительно скривился шена Эшбетт, делая какой-то жест рукой.

Дар активировался сам, вспыхнул углём внутри, всплеснулся широкими лентами, оплетая скрещенные перед собой руки и грудь, защищая. Крайс отлетел назад от страшного удара, едва не сломавшего ему рёбра. Он упал на спину, судорожно хватая ртом воздух.