Чёрный инспектор. Крысы и звёзды

Элиас бездумно скользил ладонями по ткани плаща, белой, запачканной чужой кровью нелепой рубашке с воланами на манжетах и стоячим воротником. Сейчас она казалась совсем неуместной, и зачем он только её носит? Лишь когда веки Крайса дрогнули, а губы открылись в первом глубоком вдохе, Элиас опустил его. Нервный страх сменился таким же нервным беспокойством. Он подсунул руку Крайсу под спину, помогая подняться. Тот сел, ещё не до конца придя в себя, и закашлялся, долго и страшно. Элиас вздрогнул, но смог пересилить себя и протянуть инспектору платок.

Подняв голову, он посмотрел на Нуари, страшась и ища его взгляда, будто пытаясь извиниться за недуг Крайса. Тот ответил ему настороженным, напряжённым взглядом.

– Я не понимаю, за что? – тихо, как-то обессилено прошептал Элиас. Он всё ещё сидел на полу, придерживая задыхающегося Крайса. Теперь, когда всё закончилось, на него навалилась усталость и спасительная апатия.

– Глянь на его Дар, – прохрипел Крайс, не отнимая платок от губ. За то, что он смог пробудить свой Дар, он расплачивался невыносимым жаром и болью.

– Древние Механизмы! Да как ты посмел? – Нуари кощунственно помянул наследие предков и потрясённо отшатнулся. Самое отвратительное деяние, на которое был способен Благороднорождённый, любой одарённый – пожелать изменить полученный при рождении Дар. Риск такой операции был велик, но всё равно находились нечестивцы, готовые попрать древние законы ради выгоды. Слегка опомнившись, Нуари добавил: – Шена Эшбетт так же обвиняется в преступлении против Дара.

Нуари потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя. Соглашаясь помочь Элиасу, он ни на миг не мог предположить, что столкнётся с подобным. Огромный риск и строжайший запрет делали такое преступление очень редким. Кроме того, у Эшбетт и так было достаточно высокое положение.

– Запомни, порождение Сломанных Механизмов, я не позволю тебе сохранить свою честь, – Нуари говорил тихо, но все в комнате хорошо его слышали. Элиас невольно вздрогнул, услышав столь тяжкое оскорбление, но смолчал.

– Ты не будешь ждать суда со спокойствием в сердце. Ты сразу отправишься к Дознавателям!

И только после этих слов Астарий Эшбетт побледнел. В его глазах ядовитым пятном проступил страх. Наверное, с самого начала он понимал, чем может кончиться его затея, и был готов понести наказание. Он вряд ли стал бы скрывать сообщников, и потому был уверен – ему дадут время до суда, чтобы привести в порядок мысли. Нуари удовлетворённо улыбнулся, увидев этот страх.