Чёрный инспектор. Крысы и звёзды

Ему не очень-то понравилось то, что его друг притащил сюда этого инспектора, но выслушав полный рассказ Элиаса ещё раз, уже без эмоций, и узнав о том, где и как было найдено тело Калии, он проникся к Крайсу некоторым уважением.

Суд также зачитал обвинения против всех помощников шены Эшбетт. Они стояли тут же, подле него, обессиленные и лишённые надежды.

– А ведь мой брат отказался сюда приходить. Бережёт своё доброе имя, – ядовито заметила Фария Аштарет, пока судья зачитывал показания и свидетельства обвиняемых. На ней было белое с кремовым отливом платье, отделанное кружевом, которое она купила у Кимы, девушки со Дна.

Фария намеревалась ввести его в моду. А то, что только она одна знала, где его добыть, не только придавало ей значимости, но и служило пропуском во многие семьи, знакомство с которыми могло быть полезно её любимому племяннику. – И Элиасу не советовал перед вступлением в Совет.

– Это его право, тётушка, – устало вздохнул Элиас. Ему пришлось выслушать часовую лекцию о том, как должно вести себя Благороднорождённому из рода Аштарет в подобной ситуации.

Элиас повернул голову и посмотрел на сидевшего с другого края Милена Клайдерна, занимавшегося его подготовкой к вступлению в Совет. Тот не погнушался прийти, хоть и не демонстрировал явно свою причастность.

– Есть ли что сказать тем, кто понёс утрату? Выскажетесь ли вы за помилование или же потребуете наказания? – Судья нисколько не сомневался, что о милости не попросит никто. Слишком страшное преступление лежало на шене Эшбетт.

– Я, брат Калии Аштарет, Элиас Калдейн Аштарет. За убийство моей возлюбленной сестры и преступление против Дара требую смерти, – Элиас встал и посмотрел прямо на Эшбетт. Он мог бы добавить – и за покушение на меня и на Крайса, но не стал. Для суда это уже не важно. Хоть и справедливо.

– Я, тётя Калии Аштарет, Фария Милеан Аштарет. За хладнокровное и жестокое убийство моей дорогой племянницы и за преступление против Дара требую смерти, – Фария стояла прямо, гордо подняв голову. Раз уж Нуари арестовал этого мерзавца, и дело дошло до суда, от мысли лично вырвать ему сердце пришлось отказаться.

Но она намеревалась до конца насладиться его падением.

– Я, Нуари Чийал Торхейс. За жестокое убийство моей ненаречённой невесты Калии Аштарет и преступление против Дара требую смерти, – Нуари тоже поднялся на ноги. Он никогда не делал предложения Калии, не говорил ни с ней, ни с Элиасом об этом, но Нуари думал об этом браке. Ещё года два, и, возможно, он бы решился.