Выхожу одна я на дорогу

- Покажи, что взяла, - Линни взялась было за кофр, но Эла выдернула клеёнчатую ткань.

- Не хватайся, сейчас всё увидишь. Кстати, куда ты на это время определишь девушку?

- Оксану? Да с нами поедет, проветрится.

- А это нормально?

- Ей? А что? Там очень свободный сюжет, впишется кто угодно, даже девочка, которая совсем не в теме.

- Тебе виднее. Кстати, у тебя очень сложный костюм?

- Вообще нет, две шнуровки. Я не картина, я менестрель! И вообще мастер. Ну покажи уже, что привезла!

Эла вынула из кофра плечики, сняла с них лиф и юбку и разложила на кровати.

Линни взглянула… и ахнула.

- Ты откуда это взяла? - она посмотрела на сестру, как будто впервые встретила. - Я у тебя не видела такого!

- Тётушка Женевьев, - пожала плечами Эла. - Откуда я ещё возьму исторический костюм?

Конечно, у Элы была тётушка Женевьев. Филолог-медиевист и коллекционер исторической одежды. В закромах тётушки можно было найти и настоящую старую вещь, и отлично выполненную реплику.

- Но это ведь новодел? - Линни восторженно трогала тонкое пластичное сукно, серебряные нити вышивки, бархатные ленты, жемчужины и сердолики.

- Да. Но, знаешь, любопытный. У тётушки есть коллега по сумасшествию и просто приятельница из Оксфорда, и вот она-то как раз и вытащила тётушку на аукцион. Тётушке досталось письмо и фрагмент текстиля с вышивкой. В письме шла речь о пошиве некоего платья, и был составлен список необходимых материалов - ткани и их разновидности, отделка, фурнитура. Попредметно. То есть, например, юбка - сукно черное, столько-то, ленты бархатные, алые, канитель серебряная, лён на подкладку и всё такое.

И вот так расписан весь комплект, от сорочки и до чепца. Заказ составляла некая Анна, письмо адресовано мужу, который пребывал в Лондоне и должен был там закупить ей всё необходимое и прислать, чтобы она успела сшить к Рождеству и его приезду новое платье - как то, что она шила в день и час их первой встречи, только лучше. И якобы это письмо вместе с дряхлой тряпочкой, расшитой серебром и жемчугом, было найдено в сундуке на чердаке дома. А тот дом купили некие люди, которым нет дела до древностей, но они не прочь на этих древностях подзаработать. Дряхлая тряпочка оказалась фрагментом юбки. Специалисты подтвердили датировку письма - одна тысяча пятьсот восемьдесят четвёртый год. То есть сказали - да, возможно, потому и поэтому.

И вот тётушка загорелась и стала воссоздавать это платье - каким оно могло бы быть, если бы сохранилось.