Сатурналии

А у нас такое действие считается глубоким оскорблением. По грубости это сравнимо с вашими земными обещанием заняться насильственным сексом с врагом. Если я правильно понимаю вашу терминологию.

Безумец побледнел.

— Я кое что слышал про дьявола. Это ты?

Я не выдержал и улыбнулся, быстро спрятав не вовремя выскочивший раздвоенный язык.

— Нет, я не дьявол. Я, скорее, пришелец с другой планеты. На самом деле, нет никакого дьявола. Есть только инопланетные существа, вроде меня, периодически посещающие вашу Землю.

Еще есть Монотеизм. Это аналог вашей администрации на межпланетном уровне. Совсем недавняя разработка. Монотеизм это здание с офисами и кучей бюрократов, офисного планктона, снующего по бесконечным коридорам для улаживания спорных вопросов. Но улаживают они их, прямо скажем, поганенько. Одна лишь видимость работы. Вот почему я здесь.

— Значит ты не дьявол? Тогда почему ты так на него похож?

— Да ну перестань ты уже! Спасибо, конечно. Но это всё система фильтров, костюмированное шоу.

Плюс ваш мозг очень податлив и мыслит теми категориями, которые в него заложены с детства. А все ваши религии - всего лишь фокусы наших менеджеров. Вы же аборигены, коренные жители этой планеты, доверчивые и наивные существа, и вся ваша проблема в очень коротком сроке жизни.

— А сколько же вы живете?

— Я, честно, без понятия. Ну, все по разному. Я вот и тысячу ваших лет могу прожить на Земле. На самом деле, не важно, сколько ты живёшь, важно, что будет потом. Смогу ли я снова вернуться на Землю в следующей жизни или нет? Конечно, возвращаюсь я не сразу, там длительные нудные процедуры, занимающие столетия.

Но это, по крайней мере, возможно.

— Откуда же ты? Я знаю твою планету?

— Пфф! Нет, конечно. Ты же гладиатор, а не астроном. Хотя и астрономы ваши ни в зуб ногой, если честно. Но слышать — слышал. Планета Сатурн.

— Я понял, Сатурн. Но я не гладиатор. Вы что-то путаете.

— Какие же вы, аборигены, душные! Как вы любите цепляться к словам! Я знаю, что в будущем такого, как ты, назовут тостером.

Но это же не важно, что как называть.

— Че? Тостером?

— Ну, не тем, в котором хлеб жарят. «Тостер» будет означать что-то типа боксера. Опять же, ты цепляешься к словам. Прекращай.

— Так и что тебе надо... инопланетянин?

— А остальное прям все понятно?

— Кажется, да. Ты говоришь, что дьявола нет.

— Да, я говорю, что дьявола нет.

— Значит, нет и Бога?

— Ну, какой же ты, а! Да, гладиатор, нет никакого Бога.