Благие пути

Кир мрачно посмотрел на нее, но самокрутку принял. Он сильно затянулся, чувствуя, как унимается дрожь в теле.

— Успокоился? — чуть хрипло спросила женщина, глядя куда-то вдаль.

— Нет, — ответил он чуть отстранено. — Почему ты просто не прошла мимо, Фарвин? Бабка отпустит их.

— Я знаю, — тихо произнесла она и оперлась спиной на широкий, сухой ствол.

— Неужели он не заслуживает быть отмщенным?

— Мы оба знаем, кто нажал на курок, Кир. Ты можешь обвинять их сколько угодно, но от правды не убежишь, — Фарвин покачала головой.

— Да и что ему эта месть? Он уже все равно, что земля, — Кир сжал кулак и вновь затянулся. — К тому же… Если они действительно люди Кристин, их смерть может привлечь к нам внимание. И, я надеюсь, ты не пропил последний мозг и хотя бы сейчас понимаешь, в какое проблемы мог втянуть местных.

— Не так давно эти местные сами были не прочь втянуться в проблемы, — фыркнул Кир.

— Не так давно у нас были связи, информация и оружие. А сейчас… — она достала из-за пояса револьвер, — только древние кольты.

Пускай валят на все четыре стороны! Пока от них только проблемы.

Кир не ответил. Он лишь молча затушил самокрутку и откинул голову, подставляя лицо холодным каплям. В какой момент их борьба превратилась в это? Когда они стали просто кучкой ворья, паразитами, бегающими по канализации и старым тоннелям? Как они проспали мгновение, когда вера в светлое будущее без несменной верхушки магов-тиранов и работорговцев, поставляющих им и их структурам «материал», обратилась банальной попыткой выжить? Жизнью, мало отличающейся от происходящего в «кварталах невольников».

Неужели тогда, полгода назад, когда сбежала Кристин? Едва ли. Больше похоже, что вся их «борьба» была провальна с самого начала. Их энтузиазмом пользовались, позволили побушевать там, где это было выгодно, а потом выбросили на помойку. Они, как были для этого города негодным отребьем, так им и остались. И старуха это прекрасно понимает. Все это понимают. Признавать не хотят. Никто. Даже Фарвин.

Особенно Фарвин.

Кир искоса посмотрел на стоящую рядом женщину. Мелкую, несуразную. Слишком упрямую, чтобы просто остановиться. Хотя… Как много людей бросили бы все, пройдя ее путь? Она слишком много вложила в эту деревню и ее дело. Так много, что перестать верить в нее было бы худшим преступлением, которое Фарвин могла бы совершить!

Она молча стояла, прислонившись спиной к дереву и направив пустой взгляд куда-то далеко за пределы Холмов.