Благие пути

Повиснув на последней скобе, колдунья замешкалась.

— Задержи дыхание и прыгай!

Оттолкнувшись от стенки, колдунья отпустила скобы и нелепо рухнула на кучу сумок с одеждой и одеялами, поднимая облако пепла в воздух. Сбоку закашлялась Рида. Илинея медленно открыла глаза и зажгла несколько светлячков, сквозь витающие пепелинки рассматривая пространство вокруг.

— Кха… кхм… Золы наглоталась, — прохрипела Рида, подавая подруге руку. — Не стоит здесь долго находиться, пойдем.

Немного помедлив, колдунья схватилась за руку, не сводя взгляда с ночного неба, виднеющегося вдали.

— Почему на эту трубу не поставили решетку? — задумчиво произнесла Илинея, поднимаясь на ноги. — Не очень предусмотрительно. Мы ведь не первые здесь проходим…

— Пф! Вон она, — Рида ткнула пальцем в припорошенный золой металлический круг. Рядом сиротливо лежали ржавые крепления. — Я вместе с ней и полетела, — пояснила она и, не мешкая, подтолкнула подругу к сужению в печи. — Ползи вперед. Через поддувало выберемся.

Колдунья кивнула и, нацепив на себя пару сумок, на четвереньках поползла в черный зев печи, подсвечивая дорогу заклинанием.

— Как думаешь, это и есть тот завод? — проползая особо узкий участок, сказала Илинея и остановилась.

— Скорее всего. Огромные печи просто так в холмах не прячут, — проворчала Рида. — Что ты там увидела?

— Ничего, просто тут спуск, — с этими словами она перелезла через кирпичную кладку, на ноги приземляясь в очередную кучу золы.

Пространства здесь было гораздо меньше, и, даже стоя на полусогнутых ногах, девушки упирались головой в чугунную решетку, с удовольствием подкидывающую им застарелой золы при каждом неудачном движении.

— Знаешь, я тут подумала, — приземляясь рядом, произнесла Рида, — что, если печь закрыта. Это тебе не домашняя печка, ее не на щеколду запирают…

— Значит, придется придумать себе погребальную надпись поинтереснее, — буркнула Илинея.

— «Погребены в заводской печи». Куда уж интереснее?

Илинея повернулась и выразительно посмотрела на Риду, на что та лишь пожала плечами.

Не отводя от подруги укоризненного взгляда, Илинея молча толкнула покрытую сажей дверцу. Раздался скрип, и дверь отворилась, выпуская девушек в кочегарку. Практически лежа на животе, девушки одна за другой выползли в темное пыльное помещение с несколькими похожими печами и множеством труб. Светлячок разгорелся ярче, открывая взору брезгливо отряхивающейся колдуньи обширное помещение, почти равномерно заваленное мелким углем и пылью.