Клиент с того света

Это была солнечная сторона, и моя невеста выглядела самим  совершенством в падающих лучах. Я залюбовался. Её стройная фигурка казалась ещё  изящней, а черты лица были такими идеальными, что устоять на ногах стало моей  главной проблемой. Лиринна и раньше была настоящей красавицей, однако сейчас её  красота сражала наповал.

— Ты потрясающая, — прошептал я.

Глаза её засияли. Слова пришлись ей по душе.

— Ты тоже ничего, — сказала она, касаясь меня  губами. — Но лирику стоит отложить до поры до времени.

— Скорей бы оно наступило, это время, — вздохнул я и  двинулся вперёд.

Весь второй этаж был захламлён. Грудами лежала мебель, место  которой либо на свалке, либо в магазине, торгующем антиквариатом. На таких  стульях, диванах и пуфиках сидели наши предки в начале прошлого века. Кто-то не  поленился перетащить весь этот хлам с остальных этажей.

На стенах висело много картин в толстых рамках. Они изображали  сценки из давно минувшей жизни — охоту, битвы, свадьбы.

На многих портретах  красовался один и тот же мужчина — худой, высокий, седовласый. Похоже, кто-то из  знатных владельцев пришедшего в запустение дома.

Несколько шкафов лежали на боку, образуя что-то вроде баррикады.  Предметы покрывал толстый слой пыли. Ими явно давно не пользовались, и они  нуждались во влажной уборке. В углах скопились горы мусора.

Наконец мы оказались в комнате, которую занимал бездомный  бродяга. Широкие двустворчатые двери, ведущие в неё, были распахнуты.

После  забитых старомодным хламом помещений, сквозь которые нам пришлось пробиваться,  эта комната казалась совершенно пустой. Ничего, кроме топчана, покрытого грязным  лоскутным одеялом, и тумбочки, на которой расстелена газета, служившая чем-то  вроде скатерти. На полу ковёр в восточном стиле, грязный и вытоптанный, весь в  крошках — обитатель дома не знал, что на свете существует такое понятие, как  чистоплотность.

— Есть здесь кто-нибудь? — спросил я, но никто не  ответил.

— Возможно, он вышел куда-то, — предположила  Лиринна.

— Ты ведь обещала ему деньги. Я бы в его положении с места  бы не сходил, торчал как приклеенный. А этот бродит где-то. Развёл, понимаешь,  свинарник.

Я сел на топчан, сложил руки на коленях. Лиринна пристроилась  рядом и прижалась плечом. Слабая улыбка тронула уголки её губ.

— Знаешь, я скучала этой ночью без тебя, — призналась  она.