Первый из Темнейших

***

«Пыльно мокро… Скользко сыро… Глупо серо… Неуютно… Обосраться и не жить, Обосраться и не жить…»

Строчки из песни, что играла на всю катушку по радио, отлично подходили этому месту.

– Убавь, пожалуйста, – поморщившись, попросил я. – Не люблю, когда слишком громко.

– Сию секунду! – смазано улыбнувшись, Лавров подбежал к круглому, с длинной антенной устройству и крутанул пластмассовое колёсико.

– Спасибо.

Здесь воняло плесенью, пивом, и дешёвым освежителем воздуха со вкусом лимона. Я прошёл по скрипучему деревянному полу, и остановился возле стены.

На ней, обклеенной жёлтыми выцветшими обоями, висела картина. На картине изображён тот самый монстр. К’тун.

Ну и мерзкая же тварь. Как ему вообще можно поклоняться?

– Значит, ты член «Свидетелей К’туна? – повернувшись на Юру, увидел его печальное лицо. Он смотрел в холодильник. Пухлый снаружи, но такой пустой внутри.

– Пиво совсем закончилось, ч-ч-ёрт… Сраный алкаш мне всю малину испортил. Да и поточить нечего. Надо бы в магазин сбегать… а, что? Угу, я член.

Этого общества.

– А есть в нём кто-то помимо тебя? – я подошёл к зелёному обшарпанному креслу с жёлтыми пятнами на обвивке, и раздумывал, садиться ли.

– Не-а, – покрутил головой Лавров. – Только я один. Да ты садись-садись, не бойся.

Садиться я не стал. Но не только потому, что кресло выглядело отвратительно. Решил встать возле подоконника.

– Что ж это за секта такая, с одним участником?

– Ничего это не секта, – поджал губы Юра. – Мы, в отличие от всяких еретиков… – он поглядел на меня, встретив прищур.

– Ну ладно. В принципе, ты прав. А кроме меня в ней никого нет, потому что… хм… – почесал бороду. – Все остальные разбежались, либо умерли. Как-то так.

– Ну ладно. Так чего по поводу моего деда?

– О-о-о, – протянул Лавров и странно улыбнулся. – Это долгая и очень интересная история! – он встал напротив меня и мечтательно посмотрел в потолок. С потолка медленно но верно спускался паук. Жирненький. Будто он и съел все запасы в этом богом забытом месте.

– А можно как-то покороче?

Но Лаврова было уже не остановить…

Он, активно сопровождая жестами каждое слово, начал выхаживать взад и вперёд, рассказывая будто заученную много лет назад историю.

Так складно и так интересно, что я даже не стал протестовать. Пусть себе развлекается, раз в нём такой актёрище пропадает. А я послушаю, отдохну, погреюсь возле батареи. Подсохну после дождя, от которого даже плотный дождевик не особо спас.