Краткое руководство по танцам между мирами

Весь мир померк, и будто бы сжался до одного маленького вспыхнувшего воспоминания:

Больше не было Петры Камински, которая работает в магазине подержанных книжек и комиксов; больше не было Петры Камински, которая любит кожаные куртки и ненавидит заправлять свои густые тёмные волосы в хвост; осталась только маленькая девочка по имени Петра с двумя косичками, в розовом платье, в маленьких блестящих босоножках.

Маленькая девочка по имени Петра стояла посреди кухни и держала в обеих руках большой нож, направив его прямо себе в грудь.

Это было правильно и понятно, она должна была так поступить, потому что кое-кто очень важный сказал, что так нужно.

Она поднесла нож ближе, и кончик лезвия уперся в перламутровую пуговицу на платье. Детские руки изо всех сил толкали нож, но пуговица оказалась слишком крепкой и больно давила на солнечное сплетение. Где-то на границе зрения мелькало что-то чёрное, волокнистое, живое; оно злилось, что у Петры ничего не получается.

Откуда-то издалека донёсся крик.

К ней побежали, выхватили нож; суетились вокруг, трогали за лицо, всё спрашивали что-то, но слов было не различить. Внезапно всё стало очень тёплым и наполнилось знакомым запахом, обещающим спокойствие, безопасность и любовь; объятия мамы, которые могли защитить от всего мира. Но чернота продолжила маячить где-то там, сбоку; пусть она сжалась и сделалась почти невидимой и неслышной, но она была здесь всегда, она ждала, когда маленькая девочка по имени Петра доведёт начатое до конца.

Петра очнулась, продолжая ощущать тепло чужих объятий.

— Мама?..

— Нет, не мама. Как вы?

Звон в ушах проходил, зрение постепенно возвращалось; Петра обнаружила себя на полу в книжном: ее взгляд упирался в деревянный резной потолок. Она с трудом подняла голову и взглянула на человека, который интересовался её здоровьем: на нее с тревогой смотрел незнакомый молодой мужчина. Белые волнистые волосы, круглые очки, пристальный серый взгляд — отлично бы смотрелся на какой-нибудь религиозной брошюре.

— Вы кто?

— Я покупатель. Вы меня тут закрыли, когда вышли покурить.

Петра усмехнулась, и почувствовала, как смех отдаётся в голове тяжелым гудением.

— Как я тут оказалась?

Последнее, что помнила Петра — сумасшедшая старуха, тыкающая в нее пальцем. Все идущие за этим воспоминания рассеивалось, как странный утренний сон, и, сколько за него цепляйся, ты ни за что его не сохранишь.

— Вы открыли дверь и упали на пол.