Краткое руководство по танцам между мирами

Но сегодня где-то в десять тридцать утра дверной колокольчик прозвенел, и в лавку вошли двое. Один — высокий, крепко сложенный, с добрыми глазами и рыжеватой щетиной, грозившей вот-вот перерасти в окладистую бороду. Он был одет в светлые брюки и гавайскую рубашку с тиграми и лианами: в общем, от него буквально несло затяжным отпуском. Другая же — невысокая юная блондинка с очень злым взглядом — была наряжена как избалованная наследница какого-нибудь важного рода, и всем своим видом показывала, что это местечко не для неё.

Тут-то Петру в первый раз за день и посетило это странное чувство. Как будто она уже была знакома с этой белокурой девицей. Вот только мысль о моменте их знакомства постоянно ускользала, да и посетительница даже не пыталась делать вид, что знала Петру. Или, быть может, знала, но игнорировала? Нет, блондинка не удостоила её даже короткого взгляда, тут же принявшись жадно осматриваться.

— Извините, — голос посетителя вежливо, но твёрдо заставил Петру вернуться в реальность, — где тут раздел с оккультной литературой?

— Прямо за вашей спиной, — Петра вежливо улыбнулась и указала на стеллаж, который она про себя называла “Уголок хобби для впечатлительных и легко внушаемых людей”.

Мужчина кивнул в знак благодарности, и парочка на ближайший час оккупировала полки с книгами о зельях и заклинаниях, об астрологии и превращениях, о древних обрядах и полузабытых божествах.

Вскоре в лавку зашли ещё посетители, и Петра отвлеклась на них, хотя её взгляд то и дело возвращался к блондинке, которая сосредоточенно изучала книгу за книгой, быстро пробегая тонкими пальчиками по страницам, словно искала внутри некий секрет, который не могли раскрыть ей буквы на обветшалых переплётах. Её компаньон молчаливой тенью возвышался рядом, заведя руки за спину, и изредка бросал короткие комментарии, которые девица попросту игнорировала.

“Странное дело, — думала Петра, — кем они приходятся друг другу?”

За время работы в лавке она встречала множество необычных парочек, но эти двое будто скрывали что-то большее за ширмой первого впечатления. Слишком холодны для любовников, слишком неравноправны для друзей. Отец и дочь? Нет, здесь было что-то… иное.