Абендорм. Пустые лица

До меня донесся медовый, сладковатый запах то ли одеколона, то ли каких-то ароматических масел, слишком приятный, чтобы быть правдой. Он склонил голову набок, задумчиво посмотрел на лист и подытожил: — Выглядит вполне неплохо. Отличная метафора трудности выбора.

Его улыбка оказалась такой потрясающей и заразительной, что я не смогла сдержаться и неловко улыбнулась, чувствуя, как начинают краснеть щеки.

Пожалуйста, кто-нибудь, вызовите мне скорую.

Мистер Карвер проследовал к другим ученикам. Я выглянула из-за мольберта, чтобы подглядеть, что делают остальные, но не смогла разобрать — зрение не позволяло.

Тогда мой взгляд зацепился за постановку для натюрморта справа от меня, и я решила, что нарисовать его будет лучше, чем совсем ничего.

Когда набросок выглядел почти похоже, мистер Карвер вновь оказался рядом.

— Нет-нет-нет. — Он порывисто подцепил лист и отлепил бумажный скотч от мольберта. — Сегодня мы с натуры не рисуем. Прояви фантазию.

— Но… Я не умею рисовать из головы.

Мистер Карвер задумчиво смотрел на меня. Потом его лицо изменилось, точно ему пришла в голову какая-то идея. Он глянул на тюбики с акрилом, которые я выбрала. Пересек комнату до шкафа, вернулся с новым листом и широкой флейцевой кистью, и вручил ее мне.

Я растерянно наблюдала за тем, как он перевернул мольберт в горизонтальное положение и закрепил новый лист. Взял кадмий синий, тонкими пальцами раскрыл тюбик с акрилом и выдавил приличное количество на центр листа. Потянулся за голубым и добавил несколько капель, следом немного церулиума и белого.

Я так и сидела с кистью в руке и смотрела на расплывавшееся по листу нечто, а сердце у меня сжималось от такого расточительства.

Мистер Карвер глянул на меня и с улыбкой сказал:

— Давай скорее, а то засохнет.

Я оторопела.

— А что рисовать-то?

— Что угодно, — сказал мистер Карвер. — Что получится. Просто расслабься и твори.

И ушел, оставив меня наедине с кистью и неприличным количеством начинавшего подсыхать акрила.

Получившееся, конечно, трудно назвать картиной. Какая-то странная абстракция. Слишком своеобразно и совсем не похоже на то, что я привыкла считать искусством, но мистер Карвер довольно кивнул. И так приятно, комфортно и уютно мне не было еще ни на одном занятии. Если и стоило поступать в Абендорм, то хотя бы ради этого.

— Не знала, что ты тоже записалась на рисование, — обратилась я к Грете, когда мы шли к основному зданию.