Табу

Она начала его гладить. Успокоилась и заснула.

***

По стеклу, озаряемому багровым закатом Мирон шёл на маскарад. Парень обязан был быть там, чтобы не прослыть трусом. И вероятно это самое важное, что вело его туда.На маскарад никого не приглашали и не давали объявлений. Идти туда дело добровольное. Часто туда тянуло любопытство и скука, надежда. Каждое семнадцатое мая маскарад состоялся. Подростки подходили обычно посмотреть издали, ведь внутрь их не впускали. Они наблюдали странные тени, вой, крик, смех, туманы и дожди над крышей здания.

Там совсем стирались очертания обыденной жизни. Мирон ни разу не встречал человека, который был там и мог что-нибудь рассказать. Сосед той доброй старушки, что не раз принимала мать с сыном у себя в гостях, после маскарада посидел и тронулся умом. Но тронулся красиво. Порой его речь и видения завораживают.

У входа в углу стояла Шара «Диду», ехидно улыбаясь и пронизывая парня взглядом. Человек двенадцать несовершеннолетних шакалов, которым даже не нужны были маски. Договориться пройти внутрь им не удалось.

Подросткам оставалось только сверлить Мирона взглядом, пока он не пропадет из виду.

Здание излучало ультрамариновое свечение. Музыка вгоняла в транс. Свет играл бликами на скульптурах. Казалось, что они двигаются. Молодежь в стильных костюмах и разнообразных масках стояла при входе. Там же была и Юлия — самая красивая девушка на земле в его глазах. Черное платье по декаденски-порочно обтягивало ее стан. А ее нежный невинный взгляд сводил с ума. Белокурые волосы переливались от цветомузыки и заката.

Внутрь здания пускали не всех. Двое высоких мужчин в смокингах и высоких цилиндрах стояли при входе. Лица их были покрыты белыми масками грима, глаза обведены черной краской. Мужчины напоминали скорее шутов, нежели охранников. Каждый гость стучал в дверь тяжелой железной ручкой. Спустя какое-то время ему открывали дверь или прогоняли прочь. Взгляды Юлии и Мирона пересеклись. Парень протянул девушке руку, в которой вдруг появилась белая роза. Взявшись за руки, они вошли во внутрь. При входе, испугавшись клоуна Юлия дернулась, и укололась о шип розы. Капля крови упала вниз и разбилась.

— Обувь оставляйте здесь, — скромно произнёс альбинос и кроличьими ушами, прыгающий вверх и вниз по ступеням. Он раскидывал вокруг разноцветные блёстки, доставая их из чёрной фетровой шляпы. Улыбался, оставляя на кровавые следы. Мирон и Юлия оставили свою обувь и ступили выше. Они поднимались на сжатых ногах, стиснув от боли зубы.