Табу

В руках у него была черно-белая маска, имитирующая шахматную доску. С правой стороны на чёрном фоне был изображен белый ферзь.

— Я тебя не отпущу, — приговаривала Агата, снимая пух своими маленькими костлявыми ручонками с рубашки брата. — Давай ты сегодня никуда не пойдешь?

— Мы договорились! Снимай давай!

— Как же я останусь одна! Не уходи!

Агата обхватила его ноги руками и ревела. Мирон поднимал ее и усаживал обратно на кровать. И так повторялось несколько раз подряд.

— Не уходи! — истязающий страх взявшийся из ниоткуда изводил девочку.

— Не уходи!

— Меня ждут. Закрой за мной дверь — я ухожу.

Младшая сестра не унималась в истерике.

Тогда Мирон запер ее на ключ в комнате и ушел, не дожидаясь матери.

Агата сидела, прислонившись к закрытой двери. Девочка плакала, обнимая свои костлявые колени. Сердце ее выбивалось из сил. В коробке в углу сидел Чарли и грыз морковку. Она начала его гладить. Успокоилась и заснула.

***

По стеклу, озаряемому багровым закатом Мирон шёл на маскарад. Парень обязан был быть там, чтобы не прослыть трусом.

И вероятно это самое важное, что вело его туда.На маскарад никого не приглашали и не давали объявлений. Идти туда дело добровольное. Часто туда тянуло любопытство и скука, надежда. Каждое семнадцатое мая маскарад состоялся. Подростки подходили обычно посмотреть издали, ведь внутрь их не впускали. Они наблюдали странные тени, вой, крик, смех, туманы и дожди над крышей здания. Там совсем стирались очертания обыденной жизни. Мирон ни разу не встречал человека, который был там и мог что-нибудь рассказать. Сосед той доброй старушки, что не раз принимала мать с сыном у себя в гостях, после маскарада посидел и тронулся умом. Но тронулся красиво. Порой его речь и видения завораживают.

У входа в углу стояла Шара «Диду», ехидно улыбаясь и пронизывая парня взглядом. Человек двенадцать несовершеннолетних шакалов, которым даже не нужны были маски. Договориться пройти внутрь им не удалось. Подросткам оставалось только сверлить Мирона взглядом, пока он не пропадет из виду.

Здание излучало ультрамариновое свечение. Музыка вгоняла в транс. Свет играл бликами на скульптурах. Казалось, что они двигаются. Молодежь в стильных костюмах и разнообразных масках стояла при входе. Там же была и Юлия — самая красивая девушка на земле в его глазах. Черное платье по декаденски-порочно обтягивало ее стан. А ее нежный невинный взгляд сводил с ума. Белокурые волосы переливались от цветомузыки и заката. Внутрь здания пускали не всех.