Восточные окраины

- Надо вызвать “скорую помощь”, - сказала Ольга встревоженно.

- Не, не надо никакую “скорую”, - вскрыл воцарившуюся ненадолго тишину хриплый голос Феликса. – Мне, конец.

Феликс убрал окровавленные ладони от рваной раны на животе и в буром месиве вывалились наружу белёсые кишки.

- У меня осталось мало времени. Серёж подойди ко мне.

Я подошёл к Феликсу, борода его заострилась и поднялась кверху, глаза впали и из-под чёрных теней на меня смотрели мутные глаза. Феликс закряхтел, преодолевая нечеловеческие усилия, повернулся чуть набок.

Было видно, что малейшее движение даётся ему с огромным трудом и невероятной болью проявлявшейся в каждом мускуле его слабеющего тела. Вытащив из-за пазухи чёрную папку с документами, трясущейся рукой Феликс протянул её мне.

- Вот, эта папка, которую ты мне принёс Серёжа. Я тебя тогда обманул. Прости, - он облизал еле ворочающимся языком синеющие губы. – Документы эти обладают чудовищной силой. Способны изменить не только Госстрой в стране, но и повлиять на время и пространство, - голос Феликса постепенно становился всё тише, переходя в еле слышный хрип, – Серёж, я прошу тебя отнеси эти документы в Старый город, дом номер четыре и передай их Льву Давидовичу.

Поверь я не хотел тебя подставлять, наоборот - хотел избавить тебя от этого груза, но не получилось, извини…

Сбивчивое дыхание его прекратилось, и он застыл с приоткрытым ртом уставившись в потолок безжизненными глазами.

Раздались шум и скрежет выкорчёванной двери. Вопль привратника, сопровождавшийся шипением, чавканьем и хрустом сломанных костей.

В комнату влетел скальп Бориса. Затем полетел ливер – нити кишок, почки, селезёнка, печень.

- Это Словаки, - прошептал Егоров и бросившись к окну распахнул его, - надо прыгать.

Лицо Егорова было перекошено от ужаса. Я чувствовал, как Ольга мёртвой хваткой вцепилась мне в руку, прильнув ко мне дрожащим телом.

- Народ, бежим, - крикнув, Егоров вскочив на подоконник.

- У тебя же четвёртый этаж, - сказал я, отводя взгляд от того угла в который слетались ошмётки Бориса, - поубиваемся нафиг!

- Другого выхода нет, иначе нас сожрут эти твари.

Там деревья может зацепимся, по крайней мере хоть какой-то шанс.

- Егоров, слезай идиот, убьёшься ещё, - сказала спокойно Марина, про которую я как-то совершенно забыл, навалив от страха полные штаны.

В этот момент окровавленные ошмётки Бориса перестали лететь и по очереди в комнату дико шипя ввалились Словаки, поблёскивая красными огоньками глаз.