Дщерь Гранатовки

Метцер ответил уклончиво:

- Скорее да, чем нет…

- Что ж, прекрасно… - улыбнулся Ватсленг, откинулся на спинку стула и произнес: - Помнишь, Изольда, я тебе говорил, что пока еще не нашел подходящую себе девушку? Так вот, кажется, кандидатка нашлась… Именно поэтому, друзья мои, вы сейчас здесь и находитесь – если есть что высказать Изольде, не тяните и высказывайте, потому что с этого дня я пресеку любые попытки причинения вреда моей женщине…

Ардил застыл с открытым ртом. Хуэрос возмущенно фыркнул.

Метцер чуть улыбнулся. Но главную реакцию выдала, разумеется, Изольда – девушка, нисколько не растерявшись, задала намекающие вопросы:

- Скажи, а Эйслин Домбровской ты то же самое заливал? Или Касси? Или любой другой незнакомой мне девушке, которая больше не вышла из твоего дома на своих ногах? Я поняла, кто ты такой – ты из тех, кто не терпит отказов в свой адрес, причем воспринимает их крайне болезненно… Но при всем при этом ты не похож на психа – все твои утверждения укладываются в определенную систему.

.. Ты явно помешан на каком-то жутком учении – видела я таких людей и даже близко с ними общалась. Рассказывай, Эдуварот Ватсленг, кто тебя сделал таковым… Или мне выбивать из тебя ответы?

От такой наглости у Ватсленга приподнялись брови, да и сам брюнет привстал со стула, подбирая приличный способ парировать. «Думал, что держишь ситуацию в своих руках? А вот не вышло!».

Метцер позволил себе хохотнуть, причем не своим голосом:

- А ведь говорили тебе, Эдва – не переоценивай свою значимость.

И тут Изольду будто ударило током – она узнала нотки, прорвавшиеся сквозь голос лысого…

«Все, Гессель мне теперь даже в чужих голосах мерещится».

Но каково же было удивление Изольды – да и всех остальных тоже – когда лицо Метцера стало оплавляться, искажаться, избавляться от маски, в общем, становиться другим… И когда процесс превращения завершился, на ноги подскочили и Изольда, и – что было поразительно – сам Эдуварот.

Ведь перед ними сидел именно Гессель Босхейн.

«Убийца Оттошонкора…».

- До какого неподходящего уровня наглости ты докатился, - насмешливо произнес симпатичный русоволосый Гессель, чье лицо искажала разве что усталость. – Думал, тебе все позволено? А не помнишь, что Фа́лдан говорил конкретно о тебе?

Эдуварот стал заметно бледнеть.

- Ты… Какого неттена ты так спокойно называешь учителя по имени? – выплюнул из себя брюнет.