По ту сторону мрака (рабочее)

Впору кричать о возвращении Джека Потрошителя или Чикатило, да вот только информацию о похожести всех этих убийств сознательно умалчивают, дабы не поднимать панику среди населения и не привлекать к себе излишнего внимания вышестоящих чинов. А что – ведь так просто поймать какого-то бродяжку с нечистым прошлым, и после соответствующего внушения в следственном изоляторе спихнуть на него всю вину. А дальше – поздравления, повышения, новая звездочка в погонах. Я стиснул зубы. Только вот девчонок какая-то мразь все равно продолжит убивать.

А другие мрази, уже в форме, будут старательно скрывать информацию и громко кричать о мнимых успехах в борьбе с преступностью. Не скрою, в этом деле у меня была личная заинтересованность – иначе я и внимания не обратил бы на подобные заголовки, уж простите за цинизм. Полгода назад, прямо перед выпускным, пропала моя подруга Ленка Иващенко. Не блиставшая ни красотой, ни связями, ни богатыми родителями, но очень хорошая и порядочная девушка. Лену любили все – и одногруппники, и преподаватели. А однажды она вышла из института и пропала. Правда ненадолго – через какое-то время ее труп, забросанный мусором и ветками, обнаружили в парке, неподалеку от Воробьевых гор. Что характерно, без признаков сексуального насилия, но с перерезанным от уха до уха горлом. С тех пор, я начал копать. Не превращая это в одержимость, в свободное время, собирая информацию по крупицам, но начал. Даже сейчас, приехав к старому учителю с совсем иными вопросами, я прокручивал детали этого дела у себя в голове. И пусть, подобное расследование лежало в несколько иной плоскости, нежели то, чем я занимался обычно, некоторые странности в нем присутствовали. Некоторые детали откровенно сбивали меня с толку, например – лица убитых девушек. Я не раз просматривал фотографии с мест преступлений и все время ловил себя на ощущении какой-то неправильности. И только через несколько недель я понял, что именно меня смущало – все лица были спокойными и даже умиротворенными. Не было застывшей посмертно маски ужаса, гримас боли, или следов слез. Этого я объяснить не мог. Конечно, можно было предположить, что убийца действовал очень быстро, и жертва ничего не успевала почувствовать, но вот только сложно поверить, что это могло происходить постоянно. Наверняка, хоть кто-то из них пытался бежать, защищаться, кричать… но результат был один и тот же.

Мои невеселые мысли были прерваны скрипом открывшейся двери.