Ведьма

Каждое новое поколение нашей семьи вносило в его внешний вид что-то своё, достраивало, переделывало, ломало и снова достраивало. Со стороны казалось, что дом, как чудовище Франкенштейна, сшили из разных домов: одноэтажного кирпичного с обычной крышей, двухэтажного деревянного, опоясывающей деревянной террасой с большими филенчатыми окнами и, когда всё вышеперечисленное было подведено под одну крышу, торчащей сверху башенкой с круглым окном. Башенку я любила больше всего.

Я поднялась на невысокое крылечко, оббила от снега подошвы ботинок и уже хотела позвонить, как дверь открылась сама.

– Здравствуйте, Виктор Осипович, – поприветствовала я появившегося на пороге пожилого мужчину в инвалидной коляске.

– Что, Сашенька, приехала бабушку проведать? – улыбнулся он и с теплотой посмотрел на меня.

– Да. Как у Вас дела?

– Потихоньку, потихоньку, – покивал он головой, его голубые глаза с прищуром посмотрели на меня, – а у тебя как? На службе не обижают? А то скажи, я им ох! – он погрозил сжатым кулаком.

После аварии Виктор Осипович основал своё юридическое бюро, так что у него имелись связи, чтобы устроить «ох» даже Пашкову. Но я считала нечестным втягивать знакомого в свои дрязги на работе. Не маленькая, сама разберусь.

– Не обижают, – улыбнулась я. – А как Лена, работает? – спросила я про детскую подружку.

– Вот хорошо, что ты мне напомнила. У неё же спектакль новый вышел по «Отелло». Ей дали Дездемону. Она меня и на премьеру приглашала. Правда постановка в стиле модерн, все на каких-то верёвках болтаются.

Не читай я Шекспира, ничего бы не понял, – посмеялся Виктор Осипович. – Лена и тебе с бабушкой приглашение передавала, как надумаете, скажите. Можете вместе или по отдельности.

– Спасибо. Непременно схожу.

– Ладно, поеду я.

– Как же? Может останетесь, чайку попьём?

– Мы до твоего прихода с Анной Семёновной уже начаёвничались. Поеду, не буду вам мешать. Игорь, – позвал Виктор Осипович. Из дома вышел крепкий мужчина и взялся за ручки инвалидного кресла.

Помощник мягко спустил кресло со своим подопечным с крыльца и повёз его по дорожке. Я подождала, пока они закроют на верхний шпингалет калитку, об устройстве запора которой очевидно знала вся округа, и вошла в дом.

– Ба, я приехала! – возвестила я, стягивая ботинки и пуховик.

– Я на кухне, – донёсся до меня голос бабушки.

Я подхватила пакет с гостинцами и пошла на кухню. Я любила этот дом, потому не спешила, здороваясь с каждой важной для меня вещью.